Шоссе Каунас—Даугавпилс. Взгляд через командирский перископ

После атаки русских на хутор и разгрома немецкой пехоты танк гауптштурмфюрера фон Блицмана укрылся в расположенной неподалеку роще. Что произошло с остальными машинами, остававшимися от его роты, он не знал. То ли они подбиты, то ли так же, как и он, смогли удрать, но в другом направлении. Гауптштурмфюрер попытался связаться по радио с командованием, но в наушниках слышался только треск помех. Связи не было. Йозеф приказал механику-водителю вывести машину ближе к опушке и, взяв бинокль, вылез из люка, чтобы изучить обстановку. Только оказавшись снаружи, он понял, почему не было связи.

Антенный вывод был оторван шальной пулей либо осколком. Гауптштурмфюрер чертыхнулся. Приказав наводчику попытаться починить антенну, сам спрыгнул на землю и пошел ближе к опушке рощи, чтобы осмотреться и выяснить обстановку. Идущие к роще тридцатьчетверки он увидел и без бинокля, как только подошел к росшему по краю рощи кустарнику.

Эти танки атакуют его уже в третий раз! Но теперь уже он один, а их — девять. Йозеф бросился бежать к своей машине. Удирать от русских через лес было крайне рискованно. Пришлось бы маневрировать между деревьями, да еще и подставлять корму.

— Хорст! Заводи мотор, там русские танки! — закричал Йозеф механику-водителю, карабкаясь в люк.

— Уходим вдоль опушки, не выскакивая на открытое пространство! Вдоль опушки деревья в основном молодые и не представляют особой помехи для движения танка. А растущий по краю рощи густой кустарник должен скрыть немецкий танк от русских со стороны поля. Pz-IVF двинулся в указанном направлении, с треском ломая деревья и кусты. Йозеф выглянул в люк. Тридцатьчетверки, не меняя направления движения, промчались через рощу, лихо срубая попадавшиеся на пути деревья. Силуэт одного из них даже промелькнул позади между стволами.

Вскоре послышались звуки выстрелов — значит, там завязался бой. Путь назад был отрезан. Гауптштурмфюрер достал карту. Судя по всему, русские ведут наступление вдоль шоссе в сторону Каунаса и при том ограниченными силами, не создавая сплошного фронта. Конечно, можно попытаться двинуться на юго-запад в стороне от шоссе, но, судя по карте, этот путь преграждает река с неудобопроизносимым названием Швянтойи. Выйти к мосту около Укмерге раньше противника, двигаясь через лес, было нереально. Оставалось двигаться только на север на соединение с основными силами своей дивизии, форсирующей Западную Двину в составе 4-й танковой группы.

— Господин гауптштурмфюрер, связь есть! — доложил наводчик, закончивший прикручивать кусок медной проволоки вместо разорванного антенного кабеля. Йозеф надел наушники. Из-за плохого соединения в них был слышан громкий треск, но все же возможность выйти на связь была.

— На связи Визель-9! Ответьте!

— Вас очень плохо слышно, Визель-9! Это Вольф! — послышалось в наушниках сквозь шорохи и треск.

— Где вы находитесь?

— Двигаюсь на север параллельно шоссе Каунас—Даугавпилс на расстоянии примерно трех километров. Путь на юг отрезан рекой и прорвавшимися русскими танками.

— Приказываю двигаться вдоль шоссе на север. Вести разведку. В бой не вступать. Обо всех замеченных русских войсках немедленно докладывать! — Яволь!

— В районе Утены повернете на северо-запад в направлении Сведасай-Купишкис, где соединитесь с силами танковой дивизии СС «Тотенкопф». Она сейчас наносит контрудар по прорвавшимся большевистским частям.

— Яволь! Йозефу не улыбалось в одиночку осуществлять разведывательный рейд почти в сотню километров, оказавшись в тылу противника. Перед глазами вставали статьи из «Ангриффа», перепечатанные из английской прессы, где рассказывалось, что русские солдаты по своей азиатской привычке едят пленных. Была даже фотография десятка азиатов в русской форме, которые сидели вокруг котла.

Что варится в котле, было не видно, но ясно, что это русские по приказу еврейского комиссара варят на обед несчастных немецких солдат. Фон Блицман тяжело вздохнул. Плутать в тылу у русских ему совсем не хотелось. Но приказы не обсуждаются, да и иного пути, кроме как на север, у него не было. Радовало только то, что навстречу ему идет его родная эсэсовская танковая дивизия.