но и материальные предметы, необходимые для производства ценностей и услуг. При этом возникает двусмысленность. Упомянутые материальные предметы сами по себе суть средства производства вещей и услуг. Они оцениваются в деньгах, приобретаются на деньги, — в них инвестируются деньги в качестве капитала. Если все то, во что инвестируются деньги, считать капиталом, то и рабочая сила есть капитал. На этом пути чисто словесной эквилибристики запутываются самые банальные проблемы.
Я думаю, что введенное Марксом (а может быть, и раньше его) понятие "производительные силы" тут вполне научно и уместно. Оно охватывает материальные средства производства и рабочую силу, которая их использует для производства вещей и услуг.
Западнизм возникал не только как новая форма социальной организации, но и как более высокий уровень производительных сил. Маркс правильно обратил внимание на этот факт, но он же и вульгаризировал его. Исторически дело обстояло не так, будто прогресс производительных сил имел следствием новые "производственные отношения" (новый тип социального устройства), а как раз наоборот: развитие "производственных отношений" западнизма стимулировало развитие производительных сил. Западнизм зародился с теми производительными силами, какие достались от прошлой истории. Он их развил и усовершенствовал. Но свои собственные, качественно новые производительные силы он развил лишь как результат своего расширения и усиления. И с точки зрения субординации различных феноменов в рамках развитого общества западного типа приоритет принадлежит социально-экономическим отношениям (и марксистской терминологии — "производственным отношениям"), а не производительным силам.
На описание производительных сил, с которыми западнизм начал свою историческую «карьеру», достаточно несколько десятков страниц. На описание производительных сил современного западного общества нужны сотни томов. Прогресс в этом отношении поистине поразителен. Десятки тысяч различных профессий. Число всякого рода вещей, так или иначе используемых в производстве предметов потребления и услуг, вряд ли можно сосчитать. А с точки зрения сложности, совершенства и мощности современные средства производства превзошли все то, что могла вообразить себе фантазия людей еще недавнего прошлого. Этот баснословный прогресс принято ставить в заслугу капитализму. Это справедливо лишь отчасти. Точнее будет видеть основу его в западнизме, лишь частью которого является капитализм.