Прошёл месяц.
Джон гулял вместе с возлюбленной по холмам. Травы скинули с себя снежное иго, кое-где сияла яркая зелень. Ручьи росли в размерах, становясь небольшими речками. Горный пласт тянулся до самого горизонта, но там Дейенерис заприметила пещерку, про которую им поведал Великанья Смерть. Мужчина шепнул ей, что воды в той пещере исцеляют от всякой ворожбы. Она рассказала Тормунду, как в прошлом одна ведьма в пустошах Эссоса прокляла её… Сноу знал историю любимой, но с ним юная Таргариен предпочла не обсуждать, дабы не расстраивать его и саму себя в собственных «прогнозах». Тогда-то рыжий, перед самым отъездом на юг, поведал о пещере в ста двадцати лигах к северу от лагеря. Девушка утянула любимого за собой к той самой пещерке.
Небольшой утёс, под которым располагалась пещера с целительными водами, порос первой зелёной травой. Птицы и звери стекались отовсюду. Большие семьи волков и лютоволков по ночам возвещали о возвращении с Севера в Ночные Земли. Журчали весенние ручьи, куда ни падал взор, звенели чудесные переливы птичьих трелей, а прелестные молодые цветы нежными бутонами и изысканными шляпками украшали видимые всюду холмы и луга.
Они были одни — Дрогон оставил их, загадочно ухмыльнувшись — осматривать неизведанные земли в полёте. Порой, чешуйчатый любил облетать новый дом, где как следует мог расправить крылья и подолгу не возвращаться. Иногда дракону составлял компанию белый лютоволк с красными глазами. Четверолапый и чешуйка подружились за месяц, разговаривали без слов, порой издавали забавные звуки, не раскрывая пасти. Дрогон пару раз даже прокатывал аккуратно Призрака, планируя невысоко и не разгоняясь. Дейенерис и Джон не могли не воспользоваться моментом, чтобы, освободившись от мирской рутины, посвятить день исключительно друг другу.
— Джон… — юноша неудержимо целовал Дени в щёки, шею, губы, нередко прижимался к ней со спины, чувственно касался её талии, бёдер и груди, не раздевая, как только они остались вдвоём.
Дени покрывалась мурашками, когда Джон щекотал дыханием её шею, чем заставлял улыбаться, даже когда она сердилась.
— Джон… дай мне сказать… — наслаждалась его поцелуями и прикосновениями, смыкая глаза. Его пальцы уже расстегнули на девушке петельки шубы. Не успела опомниться, как вокруг уже царила томная полутьма, а в тёплой воде прикосновения губ и пальцев становились более волнующими и неимоверно пробуждали единственное желание. Дейенерис безумно хотелось поддаться искушению, но она не могла не прервать любимого. — У меня новость…
— Про Вольный Народ? — Это подождёт… — прерывая попытку заговорить дальше, Джон страстно впился в губы Дени, ласково водил языком, углубляя поцелуй. Девушка окончательно утратила контроль и покорилась искушению, больше не сдерживаясь…
Наслаждение в ласковых водах завершилось трепетным поцелуем… но любовники не спешили выбираться.
— Джон… есть новость… очень важная… касается меня, — ещё не могла отдышаться Дейенерис, не выпуская любимого из объятий.
— Какая? — заворожённый любовью и трепетным теплом в низу живота, спросил Джон.
— У нас будет ребёнок, — улыбнулась Таргариен. Сноу раскрыл рот от изумления, и выпучил глаза. Он ахнул, преисполненный смешанных чувств — неверие, что возлюбленная не может иметь детей, развеялось, словно пепел. Джон стиснул её в объятиях, смеясь, улыбаясь от уха до уха. Они покружились в воде и юноша, преисполненный счастьем, смотрел на Дени, расплывшуюся в милой улыбке. Оба поняли, что водный источник в пещере ни при чём.
Причина лежала на поверхности.
— Для меня нет большей радости, — Сноу обхватил крепко возлюбленную, смачно целуя её в пупок. Дейенерис расхохоталась, как маленькая. Он поднял глаза к смотрящей на него любимой и вдруг обратил внимание, — Постой!.. Твои глаза… Они больше не голубые.
Дейенерис как ледяной водой огрели. Взглянула в отражение, прищурилась, всматриваясь в полумрак, едва освещаемый факельным светом, и…
Джон не ошибся! — оттенок летней сирени ярко сиял... как раньше!
— А твоя сила? Она при тебе? — на секунду усомнился он.
Девушка лукаво улыбнулась, соприкоснулась пальчиками с водной гладью и Джон, ругнувшись, выскочил из объятий Дени, как ошпаренный, за пределы уютного бассейнчика. Кровь дракона и власть над хладом защитили её от ледяного прикосновения воды.
— Убедился? — засмеялась она, вставая вслед за любимым и, без одежды, двинулась к нему. Нежно облепила его руками, ткнулась подбородком в обнажённую мужскую грудь, извинительно обнимая и завораживающе сверкая очами, — Вторая жизнь горазда на сюрпризы. Она бы ничего не значила без тебя, Джон Сноу, — посерьёзнела Дени.
— Без тебя тоже, моя королева, — смотрел на неё Джон влюблёнными глазами.
В последние недели это прозвище, «королева», почему-то раздражало Дейенерис. Возможно, потому, что она ассоциировала себя с Королём Ночи, на какие-то мгновения представляла вместо живых розовых оттенков собственного тела мертвецки бледную кожу, покрытую морщинистыми ледяными складками и яркие, пронзающие само мироздание голубые глаза, вместо летних, полных сил и расцвета сиреневых.
— Не зови королевой, — Бурерождённая сердито поджала губы.
— Как прикажет королева, — ухмыльнулся Джон, демонстративно склонив голову.
В ответ почти словил пощёчину — парень перехватил руку, свободной обхватил Дени за талию, и повалился на мягкую сухую землю возле каменного приёмника, утянув любимую за собой. Джон не дал ей опомниться, и вновь ласково, а затем страстно пленил её поцелуем. Девушка не противилась — лишь прижалась к нему ещё плотнее, вновь растворяясь в заботливой нежности трепетных прикосновений.
— Моя королева! — раздалось за пределами пещеры.
Джон и Дени с трудом оторвались друг от друга. Юноша сел, удерживая любимую.
— В Пекло их всех. Давай никуда не пойдём — останемся тут! — предложил Сноу, оставляя на шее Дейенерис засос.
— Мы обязательно вернёмся сюда! У нас впереди полно времени, — неохотно отстранилась от него Таргариен.
Они приоделись.
— Энрик! — как раз успела облачиться в белую шубку Дейенерис, нацепив спешно кожаные перчатки и меховые чёрные сапоги. Джон только-только надевал свою изысканную шубу.
— Ваше величество! Тормунд Великанья Смерть вернулся и взял в плен рыцаря.
Джон и Дейенерис недоумённо переглянулись.
* * *
— Знакомьтесь, друзья… и моя королева, — учтиво поклонился Тормунд, встретив друзей в лагере, — Моя жена — Бриенна Тарт.
Джон изумился донельзя, когда увидел, как женщина-воин, ростом чуть выше Тормунда, на вид бравая, боевая, мужеподобная в плане телосложения, словно опоённая взасос целует бородача. Великанья Смерть был на седьмом небе от счастья! — всякий раз балдел от её внезапных порывов любви. Ребята переглянулись между собой, думая, чем же Тормунд обаял сира-леди, сдерживая смех.
— Милорд… — завидела воительница Джона Сноу и учтиво поклонилась. Но тут её взор пал на Дейенерис… живую… — Моя?.. — выпучила глаза, погружаясь в шок.
— Королева. Королева Ноч… — по забывчивости едва не выдала свою тайну Дейенерис. Джон чуток пихнул любимую локтём, не давая завершить предложение.
— Королева Ночных Земель, — представил её Джон. — Теперь у этой страны своё название и своя королева.
По долгу рыцарской чести, леди Бриенна собралась преклонить колено, попутно вынув меч из ножен, воткнув в землю. Но Бурерождённая остановила её порыв лёгким жестом.
— Не нужно преклонять колени, леди Тарт. Я здесь только в роли защитницы, а не властителя, какой являлась в недавнем прошлом, — холодно отрезала Дейенерис, морально приготовившись к словесному противоборству.
Женщина-рыцарь вопросительно перевела взгляд на мужа, затем на Сноу.
— Можете ей поверить, леди Бриенна, — вновь взял слово юноша в чёрном. — И я уже не милорд.
— Вы — человек чести, Джон Сноу, я верю Вам и вашему слову, — твёрдо заявляла она, — Но почему вы решили, что…
— Она изменилась, — Джон негромко осёк всевозможные предрассудки леди Тарт, нахмурившись, как волк, — Можете поспрашивать у Вольного Народа, избравшего её своей защитницей и королевой месяц назад.
— Раз так… — пожала плечами и развела руками Бриенна. — Надеюсь, я заслужу ваше доверие, ваше величество.
— Взаимно, леди Тарт, — закончила Дейенерис, невольно прижавшись к Джону, словно побаивалась высокую миледи.
— Ну, что — пойдём, дорогая! Покажу тебе свой красивый бревенчатый домино. Познакомлю с дочерьми — уверен, вы быстро поладите. А вечером угощу специальной настойкой, похлеще вашего южанского винишка, — увёл её в свою хибару Тормунд в обнимку.
* * *
Спустя неделю после возвращения Тормунда
Тормунд женился на Бриенне, Джон — на Дейенерис — королева надела шикарное чёрное платье, взятое из личного гардероба в Миэрине, а Христина мастерски сварганила королеве Ночных Земель чудесную свадебную причёску. Конечно же, в присутствии Дрогона никто не решился сказать «не согласен» на брак Джона и Дейенерис. Однако большинство одичалых смотрело на Таргариенов с уважением — просто дракона чуток испугались.
Ликовали абсолютно все. Одичалые устроили знатную гулянку, дракон и белый лютоволк получили свой отдельный пиршественный стол — тридцать сочных, целиком прожаренных коз, и десять свиней. Красные волчьи глаза ликовали от счастья! Да и Дрогон не был ханжой — по-дружески делился с новым товарищем пиром. Через час обоих шатало, как одичалых, осушивших бочку с элем. А Джон и Дени? Новобрачные устроили тихую, но незабываемую ночь в водной пещере, где имелась горячая купальня, заботливо разогретая Дрогоном, куда они потом нередко заглядывали.
На пиру, по случаю второй свадьбы Тормунда на леди Бриенне, Великанья Смерть рассказывал, что добился расположения своей жены на третий же день в Королевской Гавани. Он был очень напорист, даже пел… правда бутылка вина, стоявшая неподалёку, на столе лорда-командующего королевской гвардии, треснула от его… чувств! За это Бриенна закрыла мужика в темнице, но вскоре ей почему-то стало его жалко… Кошачьими жалобными глазами взирал на неё одичалый из-за решётки, и леди Тарт сдалась. Тормунд оказался весьма обаятелен, харизматичен. Выйдя из темницы, он продолжал и продолжал петь, пока Бриенна не согласилась стать его женой — по собственной воле и под давлением советников молодого короля, изнывавших и готовых самолично казнить Великанью Смерть, лишь бы тот перестал горланить. Так вот всё и случилось. А по пути домой, они сразились с несколькими мародёрами. Джон и Дейенерис улыбнулись, слушая описание битвы, ибо сами прекрасно знали: во время сражения страсть друг к другу достигает апогеи и потом ничто не в силах её сдержать.
А на пиру, по случаю свадьбы Джона и Дени, оба Таргариена друг за другом повествовали об истории их взаимоотношений. На фразу «преклони колено», Тормунд широко ухмылялся, отпуская лихие шутки, на что Дени в понарошку обижалась, мол, «совсем не то имела в виду». Вдобавок часть племени отмечала постройку нескольких бревенчатых домов — от кочевья племена постепенно отходили, наставала пора пускать корни, оседать и жить, как говорится, не тужить.
* * *
Через несколько дней
— Скажи, Джон, ты хотел бы повидать мир? — спросила Дени, положив голову на плечо мужа.
Они сидели на краю утёса, мечтательно всматриваясь в даль, покрытую морской гладью, мерцающей бликами летнего солнца.
— За Узким Морем?
— Нет… Снега сходят всё быстрее, становится жарковато. Я планирую облететь нашу страну, пока я не превратилась в шар. Погуляем по далёким тихим землям — только вдвоём… — Дени мечтательно витала в облаках, слушая шум морского прибоя.
— Только вдвоём, — он нежно чмокнул жену в лоб, а затем прильнул к её устам.
Через минуту другую Дейенерис сомкнула глаза и мысленно позвала сына. В один миг она услышала рёв дракона.
Дрогон опустился, а к нему навстречу двинулся Призрак. Играючи лютоволк потоптался на месте, тронулся в бок, и сделал кувырок. Дракон легонько боднул волка носом, и повторил все движения бескрылого товарища, отчего Дейенерис едва не лопнула от смеха. Земля чуть сотрясалась под ногами, но никого это не испугало. Закончив игровой танец, дракон услыхал одобрительный гавк. Джон донельзя изумился — Призрак впервые подал голос, мощный, низкий волчий — не жалкий собачий. Дрогон, улыбаясь, оскалил череду зубов, и перевёл взор на Таргариенов. Дейенерис, умилённая, ласково провела по чешуйчатой переносице, приветствуя любимого сына. Джон, невзирая на то, что Дрогон относился к нему спокойно, не решался повторять за женой подобное приветствие. Вместо этого, Сноу чуть кивал головой, и говорил одно слово: «Здравствуй!».
Крылатый был весьма услужлив. Приложил шею к земле, давая на неё взобраться маме и её мужу. Дракон взмахнул крылами и, перекинувшись добрыми взглядами с лютоволком, унёс молодожёнов… дальше на север.
* * *
— Есть ли повод беспокоиться о возвращении Дейенерис Таргариен? — спросил Тирион за столом малого совета, наливая из золотого кувшина дорогое вино, — Дурная весточка пришла из Миэрина. С тех пор пролетел месяц, если не больше, — карлик нервно глотнул из кубка. Другие члены Совета отсутствовали, потому Ланнистер первым из советников прознал о возвращении к жизни драконьей королевы.
— Рядом с Дейенерис Джон Сноу. Пока он с ней, всё будет хорошо, — молвил Ворон-колясочник с полуулыбкой.
— Ваше величество… — но Тирион страшился, помня прекрасно, что у неё остался дракон. — Если что-нибудь не предпринять, то…
— Не стоит вмешиваться! — особо подчеркнул Брандон, повышая тон, — Каждый заслуживает второй шанс. Вам ли не знать, — равнодушно проигнорировал король, осаждая Ланнистера за нетерпимость. — Лучше всего, оставить их в покое… — на что Тирион смягчился. Спорить с Трёхглазым Вороном не было смысла — он знал намного лучше. В видении Бран обратил внимание на бурный морской прибой, драконью тень над талыми землями за Стеной, счастливых Таргариенов и… грядущим пополнением их маленькой семьи, и добавил: «Они оба это заслужили».
* * *
Через пятьдесят лет возлюбленный королевы Ночных Земель, объятый покоем процветания, тихо уснул в собственном деревянном домике в самый последний раз. Дени, нисколько не изменившаяся внешне, оплакивала мужа три дня, не находя покоя. Их дети: Нимерия, старшая из них, Лианна и Джорах — не смогли ничего придумать, чтобы утешить любимую мать. Лишь Дрогон, великий охранитель процветающей страны, ведал о тяжёлых и скорбных мыслях Бурерождённой, глубоко ей сопереживая.
Однажды Дейенерис позвала верного дракона. Дрогон откликнулся на предсмертный зов… Королева чувствовала, как со смертью Джона всё внутри меняется: кожа холодеет, глаза хранили летние краски долгих, мирных, процветающих полвека… но теперь, с уходом мужа, ледяная синева возвращалась, душа угасала, а холод драконьего стекла замораживал кровь. Дейенерис не находила покоя, сердечные муки с каждым часом становились невыносимее, всё тело пробирал жуткий мороз, но озноба не было… И отовсюду вновь стекалось к ней колючее тепло смертных… Женщина прекрасно понимала, в кого очень скоро превратится.
«Бич мира»… Прозвище, забытое на добрые десятилетия, вспыхнуло в мозгу лесным пожаром.
Она не дала детям захоронить мужа в Огненной Столице — первом городе одичалых в самом сердце Ночных Земель, отстроенном за десять лет. Люди через тридцать лет постепенно уходили от прежнего прозвища «одичалый», «вольный народ» и стали «пламенными». Чудесный деревянный городок, где поселились все выжившие племена без исключения. Руководили строительством Джон и Тормунд. Последний умер ещё за десять лет до ухода Джона, оставив после себя четверых светловолосых крепышей-красавцев напару с выросшими двумя дочерьми.
Призрак же не оставил после себя потомства, так и оставшись одиноким лютоволком, чьей стаей были Джон, Дейенерис, их дети и Дрогон.
В свои планы Бурерождённая посвятила только сына Джораха. Девятнадцатилетний юноша, младший из Таргариенов, внешностью копия отца в юности, а характером… преданный, честный, упрямый, а взгляд… как у лучшего друга и защитника-тёски — полетел вместе с матерью.
Никому Дейенерис не говорила этого, но именно он был самым желанным ребёнком на свете. Она вложила в Джораха всю любовь, всю материнскую заботу, и в тяжёлый час преданный сын откликнулся на просьбу, которую принял с великой скорбью в сердце.
Они вместе летели на драконе, захватив перчатки и лопату. Дейенерис не желала памятных погребальных костров для любимого мужа, потому унеслась с его телом на руках… к той самой «целительной» пещере, где пятьдесят лет назад счастливой весточкой повернула колесо судьбы, своё и Джона, в лучшую сторону.
Дрогон аккуратно спланировал к пещере. Джорах взял на руки тело отца, и направился вслед за матерью.
Когда они добрались до тихих подгорных вод, шелестевших, словно листья на ветру, Дени коснулась приёмника, внутри которого собирались целительные силы жизни, грустно воззрела на них. Печаль — едва ли не последняя её живая эмоция. Зима была близко — почти достигла сердца, устремляясь к нему по застывающим венам.
— Мы пришли, — тихо, дрожащим тоном объявила королева.
— Ты… уверена, мама? — спросил Джорах, вонзив лопату в песчаную поверхность. — Неужели нет способа оживить отца? А ты?..
— Нет, — чуть покачала головой Дейенерис, водя пальцами по камням приёмника, от которого ключом била энергия любви… её с Джоном любви… — Я скоро обращусь в Королеву Ночи. На этот раз уже навсегда. Ты должен, Джорах. Ты должен освободить меня!
— Почему, мама? — сдерживал слёзы любящий сын. Сиреневые глаза смотрели на маму, отказывая в понимании. — Оживи его! Ты же можешь! Зачем такие жертвы?
— Я не могу оживлять людей, умерших от старости, — развернулась к нему Дейенерис. — Я пробовала так с Тормундом…
— Ты хочешь последовать за отцом? — сообразил юный Таргариен. Тени обволокли его лицо, и казалось, Джорах вобрал в себя весь мрак тёмной пещеры. Даже факел, захваченный Дейенерис, не решался отпугивать скорбные тени на лице её сына. — Почему Нимерия и Лианна с нами не отправились?
— Девочки очень ранимые, — молвила Бурерождённая, — И не смогут того, что сможешь ты.
— Я догадываюсь, о чём ты хочешь попросить, мама… — тяжело выдохнул Джорах, смахнув ладонью несущуюся по горячей щеке холодную слезу, — Тебе не приходило в голову, что я не хочу этого делать? Что я не смогу с этим жить — об этом ты подумала? — подался он в истерику, и горькие слёзы покатились ещё обильнее.
— Джорах, послушай. Ты — сильный, стойкий. Ты — замечательный сын, и из тебя выйдет хороший правитель однажды. Поддерживай порядок вместе с детьми Тормунда и Бриенны. Они — надёжные, как их родители! Дрогон будет защищать тебя и девочек, — голубые глаза теряли яркость и становились всё бледнее. Из них хлынули последние две слезинки — крупицы Дейенерис человеческой, Дейенерис от крови дракона.
Женщина заключила в объятия сына, хныкнув пару раз, не желая расставаться ни с Джорахом, ни с девочками, ни с Дрогоном никогда… но выхода не было. А если б даже и был — сил жить без любимого не осталось…
— Мы с Джоном как-то сказали друг другу, что никогда бы не хотели покидать это место. Здесь так умиротворённо и тихо… Теперь наше желание исполнится, — горько отметила Дейенерис, подняв прелестные скулы и даря любимому сыну последнюю материнскую счастливую улыбку. — Схорони нас здесь. Вместе.
— Я не могу… — мотал отчаянно головой Джорах, но Дени осталась непреклонна.
— Сделай! — шепнула Бурерождённая, — Пожалуйста.
Она взяла его сильную руку в свою, предварительно распахнула шубу в области груди. Джорах завидел вертикальный шрам между округлых форм.
— Вот это место. На счёт «три», ты вытащишь его, — холодно, не желая слушать отказа, говорила мать. Джорах, сглотнув ком, нашёл в себе силы, чтобы кивнуть. — Раз, два… ТРИ!
Дейенерис резко просунула ладонь сына внутрь себя через шрам. Женщина не ощутила ни крупицы боли. Сын впал в ужасный шок, но видя, как лицо матери мертвецки бледнеет и уже покрывается морщинистыми ледяными складками, преодолел смущение, чувство совести и страх. Юношеские пальцы мгновенно нащупали кинжал, покоившийся в груди матери, и резко выдернули из неё. Дейенерис моментально покинула жизнь, распахнутые глаза за секунду до онемения обратились в летние фиалковые, а с лица, словно змеиной кожей, сошли ледяные складки. Она безропотно пала на землю, и Джорах потом, час или два, прижимал маму к чёрной отцовской шубе, которую Джон подарил ему в честь шестнадцатилетия. Любящий сын неистово плакал долго-долго…
Ночь сменилась тусклым рассветом. На небе выстроились чередами белые облака, свинцовые клубы повисали над пещерой и вместе с Джорахом оплакивали Джона Сноу и Дейенерис Таргариен. Лишь под звук природной скорби, юный муж взял себя в руки и схоронил любящих родителей… и, как просила мама, он скрепил их ладони вместе, сжав одну в другой, словно Джон и Дени отправились вместе в последнее путешествие, целью которого являлась тихая, спокойная и мирная жизнь… Они хотели остаться в этой пещере навсегда… их желание исполнилось.
К полудню, Джорах вышел из пещеры, захватив погребальную лопату. Дрогон, прикрывшись крыльями от тяжёлых колючих дождевых капель, дождался возвращения брата. Дракон ревел от тоски по матери, скучал по Джону, как и по лучшему другу Призраку… Слёзы напару с небесной водицей мелькнули в золотисто-оранжевых драконьих глазах.
— Теперь они всегда будут вместе, — молвил Джорах, натянув горькую улыбку и одновременно пустив слезу, скатившуюся по щекам, дрожащим от холода, голода и глубокой печали. Драконье сердце при виде брата хотело разорваться от душевной тоски. Джорах приблизился к нему, и стал успокаивающе водить по шее у чешуйчатых плеч, чтобы Дрогон смерил печаль. Дракон смотрел на брата неподъёмной скорбью, какую познал полвека назад. — А мы с тобой и сёстрами будем беречь Ночные Земли — это наш дом, Дрогон.
Дракон по-человечески кивнул и приложил шею к земле, давая Таргариену взобраться на себя. Они улетели, и вскоре оказались в Огненной Столице, где вести о смерти Королевы Ночи разошлись моментально. Бриенна предложила детям Таргариенов избрать нового защитника или защитницу, в ком текла кровь дракона, по завету Дейенерис. «Только неопалимый сможет защитить Ночные Земли» — приписывалось в конце.
Единственным неопалимым из детей Джона и Дени являлся Джорах Таргариен. И по счастью, именно он больше всего походил на Джона — чувством справедливости, избравшим путь не мщения или жестокости. Следующую идею старой леди-рыцаря Джорах воспринял с ужасом.
Ему предстояло пройти путь, который полвека назад прошла Дейенерис Таргариен — умереть один раз, чтобы возродиться Королём Ночи. Ведь только человек с кровью дракона, душою Старка и Таргариена мог противиться мощи драконьего стекла, к тому же Ночные Земли нуждались в защитнике, ибо к югу от Стены лорды и леди, растерзавшие за тридцать лет построенное Сансой Старк государство и казнившие Королеву Севера после переворота, уже жадно посматривали на Ночные Земли, ожидая удобного случая, чтобы отхватить кусок нового королевства. Но все они боялись, зная, что страну оберегают дракон напару с Королевой Ночи.
— Я не хочу этого. Никогда не хотел, — отрекался всячески от подобной участи Джорах, но Бриенна вместе с Нимерией, чьи стойкость и преданность были сравнимы с любовью Арьи к двоюродному брату Джону, и Лианной, второй Дейенерис, как нередко называли её пламенные за внешность (серебристые волосы, такие же выразительные брови и красивые большие линии губ), убедили юношу пройти через кошмарный ритуал. Лианна пригласила одну давнюю мамину знакомую — красную жрицу Кинвару, за пятьдесят лет нисколечко не постаревшую с того дня, как Бурерождённая покинула Миэрин после «возрождения».
И Джорах, под присмотром родных, Бриенны, под руководством Кинвары, принял обычный кинжал в сердце, умерев. Спустя три дня, ведьма из Волантиса зачитывала древнее заклятье на непонятном языке, а леди Тарт вонзила в мужскую грудь кинжал из драконьего стекла. Через мгновение Джорах Таргариен распахнул голубые, пронзающие душу нечеловеческие глаза, но, как и мать, сохранил всевозможные людские качества, в том числе, человеческую речь. На следующий день пламенные в Огненной Столице, в присутствии Кинвары, Лианны, Бриенны, Нимерии и сыновей Тормунда нарекли Джораха Таргариена королём Ночных Земель и защитником Пламенных. И покой снова воцарился в прекрасной стране…
А родители… Джон и Дейенерис могли спокойно отойти в иной мир… вместе… навеки! Держась за руки, они шагали в бездонной Тьме вдвоём без малейшего страха. Ступали грациозно, подобно древним королям и королевам из легенд, и золотистое пламя вдалеке с каждым шагом становилось всё ближе и ближе… Это было Пламя их следующей жизни, где новая судьба обещала снова свести их вместе!..
-- КОНЕЦ --
__________________________________________________________________________________________
Ссылка на ПЕРВУЮ ГЛАВУ данного фанфика: ТУТ!)
Подписывайтесь на мой канал, ставьте лайк и комментируйте, если нравится история)) ;-) (Я публикую фанфики из разных фэндомов собственного творчества) ;-)
#фанфики #игра престолов #песнь льда и пламени #фэнтези #джон сноу #дейенерис таргариен #дейенерис #джонерис