«Слушай, мне нужно срочно съездить по делам, спите спокойно. Потом, если не лень, приберите немного и купите чего-нибудь опохмелиться. Мне оставьте, а лучше дождитесь. Вот деньги — на столе. Пока». Юраня, молча кивнув головой, снова уткнулся в спину музыканта Гены и мгновенно заснул. В дверь позвонили.
— Здравствуйте, Иван Давидович.
— Здравствуй, Коля. Зайди на минутку. Я в принципе готов. Слушай, а ты не в курсе, что случилось? Я в том смысле, что мне брать с собой.
— Виталий Всеволодович просил передать, что произошел несчастный случай с его другом, сквозная рана, нужна консультация. Я вас туда и обратно мигом.
— Так. — Ваня взял чемоданчик. — Ну, поехали. Коля, а далеко?
— Да нет. Не очень.
Невзрачная Колина «тройка» была невзрачной только с виду. Легко обгоняя редкие в воскресное утро машины, выехали на Кировский мост, пронеслись по Каменноостровскому, повернули налево и через десять минут были уже в Ольгино. Остановились у небольшого, скрытого деревьями и высокими кустами домика, и Коля сказал: «Ну, прибыли».
Они прошли в дом. Ваня украдкой оглядывался и видел довольно бедную, обычную дачную обстановку: буфет с побитыми углами, деревянный некрашеный стол, продавленный раскладывающийся диван из самых дешевых, черно-белый телевизор с проволочкой вместо антенны у окна в углу, стены, оклеенные невзрачными бледно-зелеными копеечными обоями.