Как он выл! Четыре стрелы я пустил мимо - вы знаете, как я стреляю! Впрочем, эти фэйри, и правда, ловкие и вёрткие, они смогли затеряться в чащобе. Из которой полетели стрелы. Било лучников пять или шесть, из-за деревьев - и я счёл за благо отступить. Одна из стрел застряла в луке седла, ещё одну поймал щитом. Вот они.Кэррадок выложил на стол две стрелы. Поверх столкнулись лбы любопытствующих. Бронза!- Силы зла не могут прикасаться к холодному железу, - задумчиво произнёс кто-то.Выходило, что рыцарь не врёт. Повеяло мистикой, но Клирик припомнил ктулху фтхагн, случившийся в первую уэльскую ночь. Бронзовые наконечники... Кто-то переводит медь, только и всего! Интересно, зачем?А приключения рыцаря обсуждали. Чётко, по деловому.- Похоже на гвиллионов, только от гор далековато.- Ноги у них человеческие были, не козьи?- Вполне людские. Один, когда от меня драпал, подошву потерял.- Может, хогмены озверели? Или это ребята Гвина? А, Немайн? Уж ты-то их знаешь!Клирик изобразил раздумье.- Золотое или серебряное шитьё на куртках было? Дружина Гвина - франты! Да и воровать не по их нраву. Вот запалить фермы - это да!- Не подходят...- И слава Богу. От этих-то ни железо, ни крест не спасут.- Но чтобы хогмены - и ни с чего, без предупреждения?- А что говорят патрули?- Патрули с ними не связываются. Их дело: разбойники-люди. Разбойники-фэйри им не по зубам. Никто даже королю не жалуется - нет смысла!- Значит - гвиллионы!- Закончится ярмарка, займёмся! Если монахов не хватит, у нас теперь есть Немайн!Вот так, и никак иначе. Пиво сидхи сразу стало горчить и перестало лезть внутрь. Пришлось отставить кружку. На войну не хотелось. Хотелось - жить. Остаток вечера Немайн мрачно пялилась в огонь. Клирик раз за разом напоминал себе - жизнь без приключений - это можно. Назваться озёрной, выйти замуж за крепкого фермера. Пасти овец, прясть да ткать, да мужу не перечить. Всем, кому такое не нравится, дорога в средние века одна. "В огонь уходит полк друзья, в огонь уходит полк!" Ручное пламя в камине согласно трещало.Кэррадок сидел, пока прочие посетители не разошлись.- Спасибо, леди Немайн, - сказал на прощание, - что спасла меня.- Ты об этой глупой грамоте?!- Не только. Меня там, у рощи, взяли в перекрёстку два десятка луков. А не пять, как я сказал. Меня спасло чудо. Но я не хотел ни лгать, ни признать, что от страха забыл имя Пречистой Девы. Я помнил только тебя - и молился тебе...Отвесил поясной поклон и шагнул в ночь. Туда же мелькнула от окна неизвестная тень. Михаил Сикамб был прав - шила в мешке не утаишь. Особенно если живёшь в трактире. Особенно, если на тебя собирает материалы церковный суд.Ярмарка - это не только торг, но и веселье. Даже если на дворе - проливной дождь. Сначала, конечно, желательно переделать дела. А лучше - совместить. Но хозяйственные хлопоты взвалил на себя муж. Анне оставалось развлекаться. И ожидать, пока понадобятся услуги знахарки. Первые два дня особой потребности в травнице не было: народ не успел отравиться, обожраться и упиться. Пока. Хирургические случаи отправлялись к мэтру Амвросию.Но иногда и к мужу стоило заглянуть. Узнать, как дела, угостить вкусненьким. Заменить промокшее покрывало на сухое. И - нарваться на давешнюю сидху! Подросшую, задумчиво-тихую. Удивительно не похожую на себя полумесячной давности. Только и узнала, что по жеребячьим ушам да оловянным блюдцам глаз.- Она что, твоя жена? А воск у тебя, случаем, не противосидховский? - улыбочка у неё тоже осталась прежней.- Воск обычный, - пропела Анна, - вот только зачем он тебе? Для ворожбы аль для подобий? Или для письма? Или для свеч? Большая разница. Свечи у мужа есть готовые.- Для канцелярских надобностей.