его окружающих, и молила Богородицу сохранить его от вражеских мечей и от морской пучины. Шли годы. И однажды корабли Гарольда показались под стенами Киева. Увенчанный славой, добывший богатство, он приехал, чтобы вновь просить руки прекрасной Елизаветы. О втором сватовстве Гаральда сохранилась память в русской былине: Плыло-выплывало три корабля, Три корабля, да три черные. Всем корабли изукрашены. Нос да корма по-звериному, А бока те были по-туриному, Якори все серебряные, Тонкие паруса дорогой камки. Радостно вздрогнуло сердце Елизаветы, когда увидела она сходящего на берег Гаральда. Князь Ярослав на сей раз принял его милостиво — и вскоре сыграли пышную свадьбу. Дубовые столы ломились от угощения, рекой текли мед и пиво, гости величали новобрачных: То не золото с золотом свивалося, То не жемчуг с жемчугом сокатился, То князь со княгинею сходилися,