и ламы шли на мясо только в случае редких торжественных церемоний и ритуалов, а для самых крупных празднеств резали более 100 животных за раз (с. 175). Отсутствие поедания домашнего скота характерна и для некоторых африканских племён, где коз разводят сугубо для обмена с другими племенами и не едят их (Дуглас, с. 245). Таким образом, можно видеть, что народы, стоящие на ранних этапах скотоводства, действительно не живут за счёт мяса домашних животных, и оно больше выполняет у них социальные функции, престиж владельца среди которых выделяется особо.
Известно, что аборигены островов Полинезии ещё в XIX веке не знавшие собаки, пытались всячески их выменять у приплывших европейцев или даже выкрасть, "причём главный стимул к этому заключался в желании прослыть обладателем диковинных животных и тем самым повысить свое социальное положение" (Шнирельман, с. 217). Аналогичная картина и с лошадьми, которых европейцы впервые привезли в Северную Америку: поначалу индейцы рассматривали их исключительно как предмет роскоши, способный повысить престиж владельца. "Лишь позже, когда индейцы обучились верховой езде, они стали широко использовать лошадей для транспортных нужд" (с. 218).
Сфера представлений как опора власти
О процессе творения и о месте в этом мире человека Григорий говорил так: Бог есть Великий Ум, «постигаемый только напряжением ума». От века, «царствуя в пустыне веков», Мирородный Ум рассматривает в Своих великих умопредставлениях Им же составленные прообразы впоследствии возникающего мира. Бог начертывает или «измышляет» «образы» мира, сперва небесного и ангельского, потом мира вещественного и земного. И «мысль становится делом», которое исполнено Словом.
Сначала возникает мир ангельский — первое творение, сродное Богу по своему духовному естеству. Затем Бог создает мир вещественный, в котором творит человека Человек поставлен на грани двух миров и, тем самым, в средоточии всего мира. В нем дух — «струя невидимого Божества», «дыхание Божие» или «Божественная частица». Отсюда сверхчувственные и сверхземные цели человеческой жизни — как «новый ангел», поставленный на земле, человек должен взойти на небо, призван стать богом по усыновлению, исполниться высшего света, «уподобиться Богу». Это уподобление совершается прежде всего через таинства Цель тайнодействий в том и состоит, чтобы «окрылить душу», «исхитить ее из мира» и передать Богу. Человек есть творение, но имеет повеление стать богом. И путь обожения есть путь очищения. Это прежде всего путь отрешения от чувственного мира, от материи. Для Григория истинная жизнь есть умирание, — умирание для этого мира, в котором невозможна полнота Богоподобия.
Ли Чжисуй поспешил успокоить Мао, заверив его, что евнухами при императорском дворе становились те, кому полностью удаляли половые органы или яички. Ни неопущение одного из них, ни бесплодие не превращали товарища Мао Цзэдуна в евнуха. Доктор также объяснил любимому вождю, что всё это не влияет ни на половое влечение, ни на потенцию человека.
И Председатель воспрял духом: его не волновало бесплодие, ибо к тому времени он был отцом нескольких детей от трёх жён. Его пугала сама мысль о том, что он больше не сможет… Чтобы не допустить этого, вождю регулярно вводили экстракт из измельчённых рогов оленя — одно из сильнейших возбуждающих средств, используемых в китайской медицине.
Что там другие болезни! Пусть на протяжении многих старческих лет Мао Цзэдуна мучила неврастения, он страдал от бессонницы, кожного зуда и участившихся в последние годы жизни головокружений. Но больше всего — смертельно — он боялся импотенции. И страстно мечтал не только дожить до 80 лет, но и сохранить при этом все свойственные молодому и здоровому мужчине качества — красоту, бодрость тела и духа, а главное — сексуальную силу.
Однажды Мао узнал, что некая женщина-врач из Румынии нашла средство для продления жизни и усиления потенции. Как утопающий хватается за соломинку, «великий кормчий» схватился за это чудо-средство — лекарство немедленно доставили в Китай и в течение трёх месяцев приближавшегося к своему естественному рубежу Председателя, чувствовавшего очередной упадок сил, пичкали препаратом, который румынская целительница называла НЗ, — состоял он в основном из обыкновенного новокаина. Естественно, что результаты лечения оказались нулевыми.
