!..

(Перевод — здесь и далее — Иннокентия Анненского)

Монологи Федры — вершина поэтического и драматургического гения Еврипида:

О, жребий жены!

О, как над тобою не плакать?

Где сила искусства?

Где выход?

О, как этим цепким объятьем

Опутана я безнадежно!

Уж мой приговор

Написан. О Солнце! О Солнце!

О Матерь-земля!

Куда я уйду от несчастья?

Чем горе покрою? «…»

И все же низменные страсти берут над ней верх: перед смертью она оговаривает безвинного Ипполита, сваливая в спешно составленной записке всю безумную страсть на пасынка и обвиняя его в своей гибели. И Тесей поверил. Весь гнев и отчаяние вмиг овдовевшего мужа обрушился на наследника. В результате его почти сразу же постигла нелепая и жестокая гибель. Кто виноват во всем? Древние отвечали: рок, судьба. Против них сами Боги бессильны. «Ты жертвою рока пал», — говорит в финале смертельно раненному Ипполиту богиня Артемида, покорная судьбе. Она же примиряет его с отцом и назначает безвинной жертве награду в загробной жизни:

Что это — обман уставшего зрения?

Забыв обо всем, ученый лег на каменистый склон и впился глазами в другой цветок, на который только что сел новый шмель. Что-то уж слишком долго, как показалось ему, этот толстяк задержался на цветке. Ученый не выдержал и стукнул по стеблю растения прутиком, Потревоженный шмель взлетел с цветка и поднял целое облачко пыли, как самолет с полевого аэродрома…

Много раз наблюдал ученый момент слета шмеля с цветка. И каждый раз обязательно появлялось облачко пыльцы. Значит, опыление у шалфея происходит по воздуху. Взлетая с цветка, тяжелое насекомое поднимает своими крыльями вихрь, который срывает пыльцу, прилипшую к его телу или крыльям. Покрутившись в воздухе, она опускается на пестик, и происходит опыление цветка.

Но ведь так шмель может опылить пестик пыльцой своего же цветка?

Оказывается, и это предусмотрено природой. Свежая пыльца шалфея липкая. Попробуй-ка сдунь ее. Та же, что некоторое время попутешествовала на шмеле, подсохла, та взовьется в воздух.

Приходилось ли вам когда-нибудь вымазываться в грязи? Да что там спрашивать — приходилось, конечно. И вы знаете, что сырую глину очень трудно счистить с одежды, а как только она подсохнет — сама осыплется, и следов не останется. У солдат даже поговорка есть: «Грязь не сало — чуть подсохла и сама отпала». То же самое с пыльцой шалфея. Сухие пылинки сдуть легче, чем свежие — влажные и липкие.

Так почти через сто пятьдесят лет советским исследователем была обнаружена ошибка, допущенная Шпренгелем.

Открыл академик Холодный и еще одно удивительное приспособление, имеющееся у шалфея.

Вся верхняя часть его стеблей покрыта липкими железами. Даже цветы. Нет их только на внутренней стороне околоцветника, на тычинках и пестиках. Всегда считалось, что назначение этих желез — не допускать к цветам непрошеных, гостей — муравьев, жучков, комаров и мух. Ставить им ловушки. Однако железы нужны растению не только как сторожа, охрана от воров, но и как помощники при опылении цветков.

Прилетит крупный шмель и усядется на посадочную площадку — нижнюю губу цветка. А места ему мало. Чтобы не свалиться, он обхватывает своими длинными ногами наружную часть околоцветника, и они прилипают. Соберется шмель взлететь — не тут-то было. Ноги не оторвать. Нужно как следует поработать крыльями, чтобы высвободиться.