Я
променял Вольтера бредни
И музу, грешный дар судьбы,
На часослов и на обедни
Да на сушеные грибы.
Упоминание имени Вольтера здесь не случайно: Пушкин увлекается его поэмой «Орлеанская девственница», его привлекают ирония, скептицизм великого насмешника.
Облачность постепенно поднимается снизу и из темноты подкрадывается к самолету. Земли и воды не видно. Солнце ушло куда-то за горы.
— Георгий, вставай, вставай! — слышу я сквозь сон и чувствую сильную руку Чкалова.
Вскакиваю на ноги. В кабине горят огни. Спросонья долго не понимаю, где же я нахожусь. Гляжу на часы. Всего восемь часов утра по московскому времени. А здесь наступила настоящая ночь. Как интересно устроен мир! У нас, в Советском Союзе, утро, а у американцев — ночь.
— Давай садись за штурвал!
Я лезу на сиденье летчика и ругаю все эти облака. Наступила темная южная ночь. Солнце долго нас выручало, и теперь впервые за двое суток оно скрылось из глаз. Очень жалко. Но ведь и солнышку нужно отдохнуть! В полночь из-за туч выглянула серебристая луна. Но скоро и она куда-то опустилась вниз. Стало темно, как в погребе. Товарищи мои безмятежно спят. Мне в эту ночь в облаках и над водами Тихого океана показалось страшно сидеть одному за штурвалом.
Но в трудные минуты я вспомнил, как Сталин всю жизнь никогда никого не боится и как он всегда выходит победителем. Вспомнил его ласковые глаза и сразу забыл об усталости и страхе.
В темноте громко запел песню о моей родине. Но звуки песни глушил веселый свист ветра, проносившегося за окнами кабины.
Перед рассветом проснулись Чкалов и Беляков.
Настроение у всех прекрасное. Только Саша Беляков очень обиделся на американцев — они ведут разговор по радио на своем языке, а Беляков их не понимает.
Слева, где-то далеко внизу, замелькали огни океанского парохода. Мы повернули к земле.
Выглянуло солнце. Теперь ясно видны большие и незнакомые города Америки. Гористая местность прорезается широкими долинами рек. Пошел сильный дождь.
И нет преград меж ей и нами —
Вот отчего нам ночь страшна!
Подобно человеку, природа диалектически соединяет в себе взаимоисключающие качества — добро и зло, правду и ложь, угрозу и доброту. И как в человеческой душе, в природе верх стараются взять разумные светлые силы. Так Солнце преодолевает («деля — соединяет») кажущуюся вражду запада и востока. Подобным же образом соединены на основе единого творческого начала разумные потенции души и природы (естества). В любом случае беспредельная космическая бездна природы первична по отношению к человеку, она — альфа и омега его существования:
Далее команда, отвечающая за контроль качества, проводит тестирование продукта на другом уровне. Она сосредоточивается на:
• планировании тестов;
• автоматизации создания тестов;
• автоматизации тестирования;
• тестировании функций в различных комбинациях;
• тестировании процедуры установки;
• тестировании интеграции и связи с системой;
• тестировании производительности и нагрузки;
• ручном тестировании (функций, для которых неприменимо автоматическое тестирование);
• диагностике проблем и их протоколировании;
• проверке исправлений и «закрытии» ошибок.
Хотя все эти обязанности привычны для тестировщиков, последняя может быть менее знакомой. «Закрытие» ошибки должен проводить только тестировщик — член оперативной команды. Задача разработчика — исправить ошибку в коде, занести исправление в систему управления исходным кодом и обновить статус ошибки на «Исправлено» в системе устранения неполадок. Но пересмотр всех исправленных ошибок и проверка того, что они действительно исправлены, входит в обязанности тестировщиков. Только после такой проверки ошибка считается официально «закрытой».
Другие критичные моменты для контроля качества
Почти каждая команда столкнётся с рядом других вопросов. Это проблема тестирования на разных платформах, должная роль и использование ручного тестирования, а также инфраструктура, отвечающая потребностям проекта.
Матрица тестирования
Епископ одобрил ее намерение и дал ей провожатых до ближайшей обители. Путь туда лежал по берегу Рейна. Лорелея поднялась на высокую скалу, чтобы в последний раз взглянуть на рыцарский замок, где она так недолго была счастлива.
А в это время ее неверный возлюбленный плыл на лодке по Рейну, приближаясь к опасному водовороту у подножья скалы.
Увидев его, Лорелея простерла к нему руки — и окликнула по имени. Рыцарь взглянул наверх, забыв про весла, и тут же лодку подхватило водоворотом, перевернуло и увлекло на дно.
Лорелея с горестным криком бросилась со скалы в воды Рейна следом за своим возлюбленным — и утонула.
Но с той поры по вечерам, на закате, стала появляться над Рейном ее бесплотная тень. Словно живая, сидит Лорелея на вершине скалы, золотым гребнем расчесывает свои золотые волосы и поет так печально и нежно, что всякий, плывущий в этот час по Рейну, заслушавшись, забывает обо всем на свете и гибнет в водовороте у подножия скалы Лорелеи.
Долгое время эта легенда бытовала лишь в Рейнском крае. Общеевропейскую известность она получила в XIX веке, после того как Генрих Гейне написал одно из своих лучших стихотворений «Лорелея»:
Не знаю, что значит такое,
Что скорбью я смущен;
