все пятеро поднялись на самый гребень и остановились в двух шагах от края огромного обрыва, которым оканчивался этот снеговой склон…»
Имена путешественников, о которых идёт речь, знакомы, без сомнения, очень многим читателям. Это герои научно-фантастического романа «Земля Санникова», написанного замечательным учёным, академиком Владимиром Афанасьевичем Обручевым, — Горюнов, Ордин, Костяков, Горохов и Никифоров, отправившиеся в экспедицию на поиски большого острова, расположенного севернее Новосибирского архипелага. Вот каким они увидели этот остров:
«Вместо сплошного снега и льда, которые нужно было ожидать на такой высоте, почти в тысячу метров над уровнем моря, под широтой в 79 или 80 градусов, путешественники увидели перед собой картину пробудившейся весенней природы, хотя была только половина апреля, когда и под Якутском, на 15–17 градусов южнее, весна еле намечается первым таянием снега.
Вниз от края обрыва мрачные чёрные уступы, на которых белел снег, уходили в глубь огромной долины, расстилавшейся на север до горизонта. На дне её зеленели обширные лужайки, разделённые площадями под кустарниками, или леса, уже чуть подёрнувшегося зеленью первых листочков. В разных местах среди лужаек сверкали зеркала больших или малых озерков, соединённых серебристыми лентами ручьёв, то скрывавшихся в чаще кустов, то появляющихся на лужайках. Над более далёкими озёрами клубился белый туман — они словно дымились. На западе, за этой зелёной долиной, поднималась чуть ли не отвесной стеной высокая горная цепь, гребень которой был разрезан на остроконечные вершины, подобные зубьям исполинской пилы; на них полосами и пятнами лежал снег, тогда как ниже на обрыве его почти не было. Солнце уже опустилось за эту цепь, и вся долина погрузилась в вечернюю тень»…
Тёплой, согретой подземным теплом вулкана, обетованной чудесной землёй нарисовала Землю Санникова фантазия автора захватывающего романа. Она населила её племенем онкилонов, будто бы ушедших когда-то с материка, совершивших длинный, трудный путь по льдам и обосновавшихся на новой родине. Здесь будто бы водились самые разные животные, богата и разнообразна была и флора острова… Воистину такую чудесную землю стоило искать, терпя на пути лишения и стужу — награда была впереди!
Фантазия, вымысел… Но ведь в реальное существование Земли Санникова когда-то верили. Писатель построил сюжет своего произведения, отталкиваясь от подлинной географической легенды.
«Четверг 21 июня 1900 г. Кронштадт, борт „Зари“, 11 часов вечера. Сегодня в 2 часа пополудни мы снялись с якоря в Петербурге у семнадцатой линии на Неве, где стояли у набережной 22 дня. Многие глубоко запечатлевшиеся в памяти образы и нахлынувшие за последние недели воспоминания так нагромоздились друг на друга, что мне не удаётся ещё привести в ясность свои впечатления. Во всяком случае, достоверно то, что положено начало экспедиции, которой я так долго добивался. Начало ли? Правильное ли это слово? Когда же именно было положено начало? Было ли это в 1886 году, когда я видел Землю Санникова, было ли это в 1893 году, когда, находясь на Новосибирских островах, я мысленно представил себе возможность достигнуть с острова Котельного Земли Санникова быстрым переходом на собачьих нартах? Было ли это после опубликования моего плана в 1896 году или же начало было положено, когда я прошлой весной передал президенту Академии наук свой отчёт о плавании на „Ермаке“? Что считать началом? Как бы то ни было, фактически экспедиция началась сегодня, 21 июня 1900 года, в тёплый ясный день, когда мы снялись с якоря и капитан Коломийцев вывел с большим мастерством „Зарю“ без помощи буксира из устья Невы мимо множества судов и когда мы взяли курс на Кронштадт. Из наших глаз мало-помалу исчезали друзья, собравшиеся на набережной и на окружавших „Зарю“ пароходах и ложах. Они долго ещё посылали нам вслед прощальные приветствия и кричали „ура“…»
Молодые люди любили друг друга, но мать Нины не хотела и слышать о браке. Она желала для своей дочери более солидного мужа, а не никому не известного композитора. «У него ничего нет, и он пишет музыку, которую никто не хочет слушать», — жаловалась она своей приятельнице. Григ должен был доказать матери Нины, что она ошибается. В 1866 году он приехал в Кристианию и, прежде всего, решил дать концерт, чтобы приобрести известность, общественное вложение. Это был настоящий норвежский концерт. И публика и пресса были в восторге.
«Это хорошее начало придало мне мужества, веры в будущее», — вспоминал Григ. Вскоре Филармоническое общество Кристиании пригласило Грига на должность дирижера. Появились и приглашения давать уроки. Теперь молодой музыкант мог считать себя материально обеспеченным. Молодые люди получили согласие на брак. Свадьбу отпраздновали 11 июня 1867 года.
Сегодня существует целый мир социального кредитования, и теперь это большой бизнес. Достаточно сказать, что недавно Zopa заняла более 2 % всего рынка потребительского кредитования в Великобритании.
В начале XVII в. немецкий путешественник и писатель Адам Ольшлагер упоминал гору Арарат в своём труде «Путешествия и странствия послов»: «Армяне и персы верят, что на этой горе до сих пор обретаются останки ковчега, настолько отвердевшие за прошедшее время, что он кажется каменным».
Но первая «официальная экспедиция» на вершину Арарата, о которой нам известно, была проведена в октябре 1829 г. Её возглавлял немец Фридрих Паррот, профессор естественной философии Дерптского университета (сейчас Тарту, Эстония). В дни, предшествующие восхождению, Фридрих Паррот посетил монастырь Ахора в маленькой деревушке, расположенной на одном из склонов горы. Настоятель монастыря показал Парроту икону, писанную на доске, дерево для которой было взято от Ковчега.
