— говорили о нём одни и приводили многочисленные свидетельства. «Он — жулик, распутник и негодяй», — утверждали другие и ссылались на не меньшее количество фактов.
Кто же он был на самом деле — человек, оставшийся в истории под именем Григория Распутина? Почему бывший монах, не имевший практически никакого образования, сумел так вознестись, что стал вровень с царской семьёй? В чём парадокс этой личности?
Приблизиться к царскому семейству Григорию Распутину удалось прежде всего благодаря, как ни кощунственно это звучит, болезни царевича Алексея. Мальчик страдал несвёртываемостью крови, гемофилией — наследственной болезнью, принесённой в Россию царицей Александрой Фёдоровной. Болезнь эту не умеют толком лечить и по сей день, несмотря на многочисленные достижения генетики и генной инженерии.
В начале же XX в. страдающая мать была готова призвать на помощь кого угодно — хоть бога, хоть чёрта — лишь бы помогло. И вот в 1905 г., когда у царевича открылось сильнейшее кровотечение, кто-то подсказал царице: вот, дескать, в столице объявился некий божий человек…
Григорий был немедленно призван во дворец и, говорят, действительно помог мальчику, пробормотав у его постели какие-то заклинания. Так началась его карьера.
Впрочем, поддерживал он её и многими другими способами. Сегодня немногие знают, что настоящая фамилия бывшего крестьянина, выходца из Тобольской губернии, была Новых. Кличку же Григорию Ефимовичу дали за известные дела, связанные с женским полом. Говорят, одно время он настолько распоясался, что и кое-кому из царской семьи своё расположение не стеснялся выказывать. На что вроде бы даже царь Николай II махнул рукой: «Лучше один Гришка Распутин, чем семь скандалов на дню».
Через женщин Распутин обрёл влияние и на мужчин. К началу Первой мировой войны дело уж дошло до того, что Григорий направо и налево раздавал государственные заказы и должности, получая за это немалую мзду. Григорий не брезговал ничем, о чём красноречиво говорит хотя бы такой факт. Некто принёс ему взятку засаленными, грязными старыми ассигнациями. Казначей, принимавший деньги, вроде как даже заартачился: мы, дескать, таких грязных денег не берём. Но Гришка его поправил: «Мы, милый, всякие берём. Было бы числом поболе…»
«Старец» несомненно обладал неким гипнотическим даром, умел внушать, что хотел, в особенности женщинам и детям — ведь они легче поддаются постороннему влиянию. Однако особым даром предвидения он не обладал. Судите сами.
Говорят, с началом войны Распутин прислал из Сибири такую телеграмму: «Пусть папа (т. е. царь-батюшка) не затевает войны. С войной придёт конец и вам самим, положит всех до одного человека».
Однако не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: страна к войне совершенно не готова. Возможно, больше других это понимал сам Григорий, получавший огромные взятки за военные заказы и хорошо знавший, что в армию поставляют сапоги с картонными подошвами, гнилое сукно и снаряды, которые не взрываются.
Однако он не смог предвидеть засады и со спокойной душой отправился на свидание в номера с очередной пассией, до последнего момента не подозревая, что под кроватью прячутся дюжие мужики, собиравшиеся его оскопить… Лишь чудом обладавшему немалой физической силой сибиряку удалось вырваться и сбежать. Но потом, в течение года с лишним, ему пришлось лечиться у лучших медицинских светил Петербурга от психического и полового расстройства.
Он был отнюдь не дурак и понимал, что лафа рано или поздно кончится. А потому нет ничего удивительного в том, что в декабре 1915 г. он писал царю: «Я чувствую, что расстанусь с жизнью ещё до 1 января следующего года. Государь земли русской, если ты услышишь звон колокола, который возвестит тебе, что Григорий убит, ты должен знать, что, если это будет твой родственник, который причинил мне зло, тогда никто из твоей семьи, никто из твоих детей не останется в живых. Не пройдёт и двух лет, они будут убиты русским народом».
