Я тоже жду. Прислушиваюсь. Не слышно ни шагов, ни обрывков разговора, ни клацанья металла.

Потеряли след? Может, и так, но, если настойчивости мародерам не занимать, они скоро сообразят, что сбились с верного пути, разойдутся в разные стороны и снова начнут прочесывать пустыню.
Ну-ну, ребятишки. Ищите. Надеюсь, у вас хватит сил и воды для ночных пробежек.
Вымотался я сегодня изрядно, несмотря на всю браваду. И даже не заметил, как заснул.
Пробуждение оказалось не слишком приятным. В лицо сыпанули каким-то мусором, похоже, просто поддели ногой песок.
— Вставай, последыш! Ну! И держи руки, чтобы я их видел.
Я открыл глаза, мало что понимая спросонья.
— Давай, потроши карманы, ядрить тя болтом! И мешок сюда.
Нашли-таки, твари.
Стараясь не делать резких движений, я медленно высвободил руки из-под свернутого плаща-накидки, служившего мне подушкой, и повернул их ладонями вперед. Чуть приподнялся и, испуганно моргая, попытался рассмотреть врагов.
Первый навис надо мной в угрожающей позе — ноги широко расставлены, в правой руке невесомо плясал пистолет, левая поддерживала снизу. Для баланса при быстрой стрельбе. Второй стоял чуть поодаль, тоже вооруженный. На шее у него болтался допотопный бинокль.
Прекрасная диспозиция. Просто замечательная.
— Я пустой, братья! П-пустой. Ничего у меня нету. С п-поселка в Оазис иду… — быстро заговорил я, заикаясь и путаясь в словах.
— Все вы так говорите. Посмотрим. А ну, штамп, давай сюда…
Он перенес тяжесть своего тела на переднюю ногу, наклонился ко мне. Рука с пистолетом ушла немного в сторону.
И я рванул. Кувыркнулся под ствол, ударил сцепленными руками по запястью. Хрустнули кости, оружие отлетело в сторону. Мародер не успел даже пискнуть, как я оказался прямо под ним, лежа на спине.
Вошедшие в кровь навыки не понадобилось даже вспоминать. Тело действовало само — изогнулось, оперлось на лопатки. Ноги выстрелили вверх: одна под ребра, другая в горло.
Он умер сразу, не издав ни звука. Одно из трех — либо осколки ребер пробили сердце и легкие, либо кадык разорвал гортань. Если очень не повезет — и то и другое сразу. Нет шансов при таком ударе.
Второй завороженно наблюдал, как валится вперед тело напарника, а я уже вскочил на ноги. Пушка дрогнула, попытавшись опередить мое движение, но поздно. Сразу надо было стрелять, парень,　— твой друг все равно уже не стал бы обижаться, если б ты промахнулся и попал в него. Ударом ладони я отбросил руку с оружием и со всей силы пнул беднягу в пах. Глаза у него полезли на лоб, ноги подогнулись, и он начал клониться к земле, стараясь прикрыть больное место. На миг он встретился со мной взглядом.
Наверное, он что-то увидел. И даже успел простонать:
— Не у-ууууууу…
Ударом в скулу я сломал ему шею.
Везде и всегда мародеров убивали без суда и следствия. И потому я не чувствовал ничего — ни стыда, ни раскаяния, ни капли жалости. Ублюдки полезли с двумя стволами на безоружного. Что ж, это был ваш выбор, ребятки.
Вы и вправду подумали, что я случайно оступился на том бархане? И потом выбрал себе убежище в двух шагах от места, где засветился? А в довершение всего — безмятежно заснул? Да хрен вам в сумку!
Мне нужно было оружие. Любое. А еще боеприпасы, снаряжение, все, что есть. Только я, в отличие от вас, не мародер.
Я Андреналин.
Тело второго еще конвульсивно подергивалось. Я снял с него бинокль, наскоро обыскал карманы, заплечный мешок. Початый паек пустынного рациона, какие-то цветные побрякушки, позеленевшая от времени фляга. Больше ничего. Похоже, этот рейд у мародеров не задался. И пушка — дерьмо полное, довоенный наган, вытертый до блеска, и к тому же с многочисленными следами кустарного ремонта. Да уж… Шестизарядный револьвер с надвиганием барабана на ствол. Осечек и перекосов поменьше, но где сейчас к нему патроны найдешь? Я откинул барабан: так и есть, всего четыре, две ячейки пустуют.
Теперь понятно, кто в команде главный. Этот — шестерка, носильщик на побегушках.
Ладно, посмотрим, что у первого.
Я перевернул ногой обмякшее тело, подобрал ствол. Пушка оказалась получше — «макаров», прицельная дальность смешная, конечно, зато боеприпасов к нему до сих пор хоть попой ешь. И стоят они гроши.
В карманах нашлось несколько медных монет, горсть патронов к «макарову», обрывок каких-то записей и исцарапанный ключ от банковской ячейки. Его мои затихшие друзья явно с кого-то сняли, да только без кода не смогли открыть, как ни пытались.