“, к которой главный режиссер театра Галина Волчек чувствовала себя вполне подготовленной. Нужно было „попасть в точку“, и она попала. Всеобщее возбуждение, требование „защитить демократию“ вылились в постановку фирменного спектакля этой поры — „Крутого маршрута“ по книге Евгении Гинзбург. В спектакле есть все „признаки демократии“ — антисоветский дух, лагерная тема, скорби ГУЛАГа. Это был период, когда правда о репрессиях и лагерях стала всеобщим достоянием. Это был прорыв в новый период жизни театра. С этим спектаклем они объехали и не раз многие страны мира: США и Финляндию, Израиль и Германию.
В последнее время все театры, кажется, пережили идеологическую болезнь перестройки. Теперь ни от кого не требуют активно напоминать о своей демократичности и своей верности „новой идеологии“. В последнее время все активнее рынок наступает на культуру, в том числе и на театр. Все театры стали ставить коммерчески-выигрышные спектакли. Все театры стали работать на принцип „звезд“. Правда, у нас театр „звезд“ еще отличен от бродвейского — у нас театры все еще имеют постоянную труппу (реформы у нас не прошли, хотя были предприняты самые решительные попытки). Таким образом, мы имеем постоянные „звездные труппы“. „Современник“ не стал исключением — он, как и другие, активно ставил модную драматургию. Например, Людмилу Петрушевскую с ее погруженностью в быт и Николая Коляду — признанного „авторитета сквернословия“ на современной сцене. Он, как и все, осуществляет коммерчески-выигрышные проекты. Например, ставит „Пигмалиона“. Верный успех, если, конечно, играют в спектакли замечательные актеры, как Елена Яковлева. Не знаю, все ли согласятся со мной, но я считаю, что „Современник“ из режиссерского театра (а еще так недавно именно режиссура определяла успех театра) превращается в театр актерский. И популярность ему делают исключительно яркие актеры. А потому нынешний „Современник“ активно посещается публикой, имеющей к нему устойчивый интерес. Немаловажное значение имеет и то, что в труппе этого театра много актеров, популярность которых поддерживалась или поддерживается до сих пор кино и телевидением (театр, безусловно, не обделен вниманием СМИ, что уже, как говорят, „половина успеха“). Современниковская труппа — это „звездная труппа“. Марина Неелова и Елена Яковлева, Лия Ахеджакова и Тамара Дегтярева, Сергей Гармаш и Валентин Гафт, Нина Дорошина и Михаил Жигалов, Игорь Кваша и Алла Покровская, Людмила Иванова и Елена Козелькова, Авангард Леонтьев и Галина Петрова, Лилия Толмачева и Валерий Хлевинский — именно они работают так, как может работать актер, любящий Его величество театр.
Анти-театр, или Театр Насмешки
Анти-театр, или Театр насмешки — это французский театр новых драматургов. Драматургов, применительно к которым с начала 50-х годов XX века критика стала говорить об „авангарде“. „Театр насмешки“ — это метафора, подчеркивающая ироничный и агрессивный характер основной группы произведений авангарда. На практике это означало, что авангард определяется волей к полной „оппозиции и разрыву“, то есть достаточно революционным отношением к признанным традициям; своим бунтом против благопристойности и „хорошего вкуса“; своей агрессивной настроенностью по отношению к широкой публике. Именно относительно публики он старался держать дистанцию, вплоть до попыток ее оскорбления — в одном из спектаклей герой ей кричал: „Дерьмо!“ В любом случае, авангард начинает с атаки и выделения темы своей критики.
Широкая публика никогда не сомневается в тех ценностях, которые принимает, ее вкусам услуживают менее требовательные писатели. Она старается избегать беспокойной оригинальности. Французский драматург-экзистенциалист Сартр по этому поводу заявлял: „Буржуазное искусство будет средним, или не будет совсем. Оно запретит прикасаться к принципам из страха, что они рухнут, и исследовать слишком глубоко человеческое сердце из страха обнаружить в нем беспорядок. Его публика ничего не боится так, как таланта, грозного и счастливого безумства, открывающего беспокойную суть вещей… волнующего еще более беспокойную суть людей. Легкость лучше продается: это запертый талант, повернутый против себя самого, это искусство успокаивать гармоничными и предусмотренными речами, показывать — тоном доброго приятеля — что мир и человек посредственны, неудивительны, неугрожающи и неинтересны“.
