Петроград–Ленинград

Вскоре после переезда в Петроград, впоследствии Ленинград, отец устроился на работу ведущим провизором в большую аптеку на улице Пестеля, а затем перешел на фабрику, выпускавшую различные фармацевтические препараты и парфюмерию, на должность старшего мастера.

Мать в Ленинграде длительное время работала помощником мастера на фабрике, выпускавшей мыло, зубную пасту, различные кремы и другую продукцию. Сестра продолжала учебу параллельно на курсах бухгалтеров и по изучению иностранных языков. Проработав недолго бухгалтером, перешла на работу в гостиницу «Астория», подчиненную «Интуристу», на должность руководителя паспортной группы для иностранцев. Она вышла замуж.

Муж сестры – строитель, начал свою работу на заводе им. Ворошилова на строительстве цехов. Во время Великой Отечественной войны был эвакуирован из Ленинграда вместе с заводом. После войны долгие годы работал в системе Главленинградстроя, в том числе главным инженером строительного участка, возводившего промышленные предприятия.

В годы Великой Отечественной войны, во время блокады Ленинграда, мои отец, мать и сестра с дочкой были эвакуированы в Омск. В их эвакуации, возможно по моей просьбе, направленной из-за рубежа, оказало помощь Главное разведывательное управление Наркомата обороны СССР. По прибытии в Ленинград я поступил в 13-ю среднюю школу, бывшую 3-ю Санкт-Петербургскую гимназию (в настоящее время это 181 я средняя школа).

Мы жили на улице Чайковского, дом 40/12. Школа, в которую меня определили, находилась в Соляном переулке, хотя была возможность учиться недалеко от дома. Мои родители не ошиблись. Школа действительно была очень хорошей. Ее оканчивали многие министры и государственные деятели царской России. Заниматься было очень интересно. Кроме того, учились в помещениях, равным которым почти ни в одной школе не было. Были прекрасные кабинеты для специальных предметов: физики, химии, рисования. Уроки пения проводились в переоборудованной церкви гимназии. Был очень хороший спортивный зал. Все классы были большими, с очень высокими потолками и огромными окнами, коридоры – с широкими и светлыми окнами. В школе я быстро освоился, учился неплохо, подружился со многими школьниками, как и в Харькове.

Любимыми моими предметами были обществоведение, русская литература, физика, география и немецкий язык. Несколько опережая дальнейшее описание моих школьных лет, хочу отметить, что преподавательница обществоведения, заметив мое увлечение этой дисциплиной, начала даже привлекать меня к подготовке бесед на различные темы.

Никогда не забуду, как мне в одном из старших классов было поручено подготовить и прочесть лекцию с диапозитивами о революционной борьбе китайского народа в 1924–1927 гг., о вмешательстве во внутренние дела Китая империалистических государств, в том числе США, Англии, Франции, Японии и Италии, а также о том, как в 1927 г. военные корабли США, Англии, Японии и Франции подвергли бомбардировке территорию Китая.

Это была одна из первых моих лекций, и она понравилась не только школьникам, но и тем учителям, которые пришли на нее со своими классами. Я думаю, что именно это помогло мне много лет спустя, когда я стал членом общества «Знание», с успехом проводить лекции в самых разных аудиториях. Одно время я, увлекаясь географией, также проводил беседы. В те годы мне помогали в подборе материалов многие члены Ленинградского отделения Географического общества.

Несомненную помощь в этом оказывал и очень полюбившийся мне преподаватель географии Николай Федорович Арепьев. Только благодаря его учительскому и научному таланту я много времени уделял этому предмету. Он организовал при Русском музее на базе его этнографического отдела (в 1934 г. был выделен в самостоятельный Государственный музей этнографии пародов СССР) курсы для школьников по изучению экспонатов и подготовке экскурсоводов. Он направил меня на эти курсы.