. — А что такого? — Он слегка обиделся. — Ничего, ничего, очень мило. Она наверняка обожает политическую теорию. Но не выбрать ли что-то более романтичное, цветы, например? Найджел ухмыльнулся и покачал пальцем у моего носа. — Еще и Казанова! Так я и сделаю. Непременно цветы. Блестящая мысль. Я покачал головой и сменил тему: — Найджел, можно задать тебе вопрос? — Любой. — У тебя в комнате на дверном косяке? — Это мама каждые полгода отмечает, на сколько я вырос. — А ты разве растешь? — Вы меня удивляете, Казимир, — сказал Петя. — А что, по-вашему, не расту? — Мой вопрос — из тех, которые называются риторическими. Ответ на них заранее известен. Но должен же я с чего-то начать новую тему? — А о чем она? — О переменных, — сказал Казимир, и продолжал: — Вот я произнес это слово. А как ты его понимаешь? — Как я его понимаю? Как и все. Вот, например, на небе — или есть тучи, или их нету. Тогда говорят: переменная о