котором хранится в веках и длится до сих пор? Именно в театре найти один-единственный признак известности и величия чрезвычайно трудно. Величие театра, как увидит читатель нашей книги, может определяться совершенно разными принципами: величие античного театра не подлежит никакому сомнению и потому, что мы до сих пор можем созерцать его грандиозные развалины, и потому, что античность дала миру те образцы театрального искусства, к которым не раз возвращался мировой театр в разные эпохи своего существования. Большие и малые, существующие несколько столетий и умирающие через несколько сезонов, традиционные и экспериментальные, камерные и фестивальные, народные и богемные, рожденные катастрофами и катаклизмами истории (как театры революционных эпох), созданные частными владельцами (как театры крепостные) — все они остались в памяти культуры и истории, прежде всего, потому, что являли собой особое художественное целое, что играли в них выдающиеся актеры и спектакли ставили выдающиеся режиссеры. Когда мы говорим «театр Питера Брука», то, конечно же, имеем в виду не театральное здание, а тот особый стиль спектаклей, поставленных этим режиссером в разных странах мира и на разных сценических площадках. В XX веке принято с именем режиссера связывать особый, только ему присущий, «тип театра». Когда мы говорим о театре комедии дель арте, то также имеем в виду не театральное здание, но специфическое, со своими законами театральное представление. Итак, под названием «великий театр» может скрываться и знаменитая личность, создавшая этот театр, и талантливый сочинитель драматических произведений, и отдельный актер, создавший уникальную театральную труппу, и тысячелетняя традиция, стоящая на страже неизменности типа театрального представления, и, наконец, непосредственно театры, имеющие свой постоянный театральный дом вот уже несколько столетий (как «Ла Скала» или Большой театр).
Споры о том, что театр умрет как вид искусства, возникали в истории не раз. То церковь запрещала театральные представления, то возникшее новое искусство кино должно было, по мнению специалистов, уничтожить театр. А теперь вот у театра появился еще более мощный конкурент в виде средств массовой информации и всемирной сети Интернет. Театрам действительно очень часто приходилось выживать, ибо театр — это дорогая «игрушка». Театрам действительно не раз приходилось бороться за зрителя самыми невероятными способами — от снижения цены на билеты до откровенно профанирующей рекламы. Театр не раз уступал вкусам публики и, начавшись как серьезное художественное предприятие, скатывался на проторенную дорожку примитивных развлечений. Рассказы обо всех этих перипетиях вы и найдете в книге. Но все же театр выжил. И он по-прежнему привлекает публику. Привлекает тем, чем не обладает ни одно искусство — живым человеком, неповторимостью непосредственного контакта живого искусства с публикой, очарованием того, что искусство театра уникально — только оно творится «здесь», в данный момент, на глазах у зрителей. Театральное искусство сегодня воспринимается скорее в ряду искусств аристократических — ведь посещение театра для всех нас является обрядом, к которому мы должны подготовиться.
История театра — это еще и история человеческой души, ее падений и восхождений. Совершая движение от античного театра к современному, мы сможем многое узнать и о человеке, о тех изменениях сознания, нравственности, этики и даже психики, которые происходили с человеком. Мы увидим борьбу эгоизмов и подлинное страдание, мы увидим, как воспринимался человеком мир — мир после революций и войн, после страшных смертей, концлагерей и Гулага. Мы увидим крайний эгоизм эстетов и услышим вопль художника о жестокости и абсурдности мира. Мы почувствуем, как мир терял свое равновесие, и как мучительно было новое обретение если не гармонии, то хотя бы устойчивости. Весь мировой театр был обращен к человеку. Одни спектакли вызывали в нем катарсис, ужас и сострадание, другие — радость, легкие и чистые слезы, успокоение. История театра — это еще и парад блестящих человеческих способностей, уникальных талантов. История театра — это история человеческого творческого Дара, которым мы распоряжаемся далеко не всегда по достоинству.
И все же не любить театр нельзя. И мы любим этот великолепный, красивый и увлекательный мир театрального искусства, который поражает своим разнообразием и своей живучестью. Ведь и в начале нового века все еще мы видим представления петрушечников на улицах и ярмарках, все еще живы традиции китайского и японского театра, по-прежнему испытываем трепет, когда слышим о «русском классическом балете» или «итальянском бельканто».
Помимо организаций, помогавших изобличителям, свою роль сыграли и многие журналисты. Они проводили расследования и сообщали о незаконных действиях UBS и других частных банков, а также о том, как министерство юстиции спустя рукава относилось к своей работе по отправлению правосудия. Я хочу особенно отметить глубокую и серьезную работу следующих американских журналистов: Шэрил Аттикссон, Фабио Бенедетти-Валентини, Майкла Броннера, Джесси Друкера, Хуана Гонсалеса, Джеймса Гримальди, Дэвида Хильценрата, Уильяма Хоука, Имона Хаверса, Дженет Новак, Даниэля Рантьеса, Лору Сандерс, Дейва Соломона, Кена Стиера и Вивьен Уолт. За пределами США, где история налогового заговора частных банков и отдельных лиц только начинает раскручиваться, я бы хотел особенно отметить журналистов, которые помогли предать гласности роль UBS и других частных банков в этом заговоре: Иэна Аллисона, Тома Берджеса, Астрид Дорнер, Кэтрин Дюбулоз, Сири Гедде-Даль, Лукаса Хэссига, Мишеля Анри, Артура Хонеггера, Джона Легцинга, Маттье Пеллоли, Эдуарда Перрина, Франсуа Пиле, Валери де Сенневиль, Хейга Симоняна, Себастьяна Ситтла, Горана Скаалмо, Ноопура Тивари, Роара Вальдергоха, Мэтью Валенсиа и Маритину Зафеириаду. Уверен, что я не включил имена многих людей, внесший ценный вклад в расследование этого глобального мошенничества, приношу за это свои извинения и выражаю всем этим людям свою искреннюю благодарность.
Я бросил вызов крупнейшему банку мира, не до конца понимая, с какими последствиями сталкиваются изобличители. Мне посчастливилось встретить в последние годы нескольких настоящих героев, рискнувших всем ради раскрытия преступлений. Хочу поблагодарить Гарри Маркополоса, раскрывшего мошенническую «схему Понци», созданную Берни Мэдоффом, и многих других изобличителей за их отважные усилия. Мы обязаны признать важность вклада, внесенного этими людьми в развитие нашего общества, и всячески поддерживать законодательные акты и программы, помогающие защищать их работу и обеспечивающие им достойную компенсацию.
