Менеджер бежит к воеводе и рассказывает ему об отравленном мече. Оба начинают прикидывать, как на этом навариться и чьи акции прикупить. Волкодав – в топе фондового рынка. Акинайского – в топку, не борец он со своей косичкой и анимешными воплями. Да и карате против меча не катит. Значит, в полуфинал выйдут Свалтыга, Волкодав и сегван. Если стравить Волкодава с сегваном в следующем бою, уставший Волкодав однозначно бой не выиграет, плюс против отравленного меча у него иммунитета нет. А Свалтыга с мечом против сегвана – это как самурай с катаной против рыцаря в максимилиановском доспехе и с боевым топором. Сегван выиграет, ставки пропадут, убытки будут немеряные.
Объявить об отравленном мече наши игроки не хотят – это значит поссориться с сегванами и моментально получить отравленным мечом по шее. Спасибо, не надо.
Таким образом, два хитреца решают подставить Свалтыгу, убрав черный камень из жеребьевочного кошеля. Вероятность победы Волкодава в финале тогда становится 99%, потому что Волкодав сегван любит так же, как Томми Сиська – цыган. Вдобавок меч после смерти соперника поменяют, поэтому Волкодаву отрава не грозит.
А выигрыш воевода с хозяином поделят пополам.
И вот наступило время следующего боя. Чигир Акинайский уже заранее вышел на помост в наряде стиля «кошки драли», чтобы Волкодаву было меньше хлопот.
Волкодав же вышел в кольчуге и благородно повесил меч на крючок, раз Акинайский решил голыми руками драться.
Бой начался с того, что после пары ударов венн схватил противника за косичку и подверг моральному унижению, шмякнув со всей силы о помост, как крысу за хвост.
По потрясенному виду Чигира было видно, что сенсей его о таком приеме не предупреждал, хотя он был очевиден с самого начала.
Бой, в принципе, уже можно было на этом закончить, но Волкодав милосердно отпустил косичку.
Кстати, вшивая кольчуга Волкодава уже на этом моменте начала рваться, как побитый молью бабушкин свитер.
Не оценивший благородных порывов соперника Акинайский вынул кусаригаму (цепь с острым наконечником).
Однако Волкодав не зря учился отражать удары кнута в руднике.
Поймал он кусаригаму, на руку намотал и отнял, как конфетку у младенца.
Обозленный акинаец активировал каналы ци, расширил диаметр ядра маны, вышел за свои пределы, повысил уровень культивации как минимум вдвое и хорошенько навалял Волкодаву. Не знаю, кто в рудниках учил Волкодава карате, но дерется он именно его приемами, что как-то выбивается из его обычного стиля.
Народ на площади вопит, свистит и улюлюкает, но как-то вяленько. Может, массовке за прошлый раз мало заплатили?
Тут Волкодав наконец решает бросить играть в благородство, набивает Акинайскому морду, прыгает ему на спину сверху и прижимает коленом к помосту.
Лука засчитывает победу Волкодаву, а Чигира утаскивают лечиться.
Так себе, на четверочку бой. Плюс оператору надо было предусмотреть, что бойцы будут друг друга подкидывать, и взять такой ракурс, чтобы захватить больше пространства. А так актеры все время выпадают из кадра. Только и веселья – смотреть, как у Бухарова сoски в дырки кольчуги проглядывают. Так что полбалла отняла именно работа операторов.
В нескольких верстах от Алакара выздоровевшая Вилия смотрит на себя в реку и понимает, что замуж ее теперь не возьмут – только в цирк уpoдoв.
Вид у нее такой, словно ее кислотой облили, поэтому ищите ее морду сами, а то Дзен меня забанит.
Видя такое, Нея говорит, что ни за что ее не бросит. Вилия признается, что знает Волкодава лично и видела его в Самоцветных горах, где он был ее врагом. «А теперь он в Алакар пошел. А поскольку мы теперь сестры, ты меня с собой в Алакар возьми, ибо я никому зла не желаю, и даже Волкодава простила». Нея улыбается Вилии и забирает ее с собой в Алакар. Матушка Кендарат, увидев это, душевно пожала бы ей куриную лапку. Но результат такого решения предсказуем уже на этом этапе, и мы скоро его увидим, ибо дурная жалость творит на свете бед не меньше, чем самая сильная ненависть.
(Вспомните ту карикатуру Бидструпа из части 15 про добросердечную старушку.)
Волкодав и Гвалиор по-братски парятся в бане. У Волкодава после освобождения матушки Каттая от рабства на очереди посещение родни Кенгорма, а потом финальный квест с Людоедом – есть о чем поразмыслить. Нея, по понятным соображениям, в его ежедневнике не записана. Грустные размышления о своей ненужности в мире, как последнего в роду, виснут на его шее мельничным жерновом.
Вернувшись на двор, Волкодав видит, как мать Каттая в своем закутке молится за кого-то, чтобы он уцелел в завтрашнем бою.
– Ай, спасибо, но я не дерусь завтра… – начинает было Волкодав.
Старушка ставит его на место:
– А я и не за тебя молюсь!
И уходит.
Однако странное поведение бабули отходит на второй план, когда хозяин выбалтывает Волкодаву, что меч сегвана в сегодняшнем бою будет отравлен. А заодно и о своем договоре с воеводой рассказывает.
"Ой дуpa-а-а-ак!" – звучит в моих ушах голос коня Юлия.
Конец своей истории хозяин досказывал уже своей козе, поскольку Волкодав дал низкий старт и во весь опор помчался на площадь чинить справедливость и увеличивать смертность.
#российские сериалы #юмор приколы #кинообзоры #волкодав #киноиндустрия #реслинг #операторская работа