Специалисты по демографии считают, что в России действует некий фактор, который с 90-х годов резко увеличивает смертность среди взрослых. Этот фактор не действует на детей, потому что смертность населения в возрасте до 15 лет не выросла. Сильнее влияет на мужчин – мужское население пострадало в два-три раза больше, чем женское.
На первое место вышла смерть от сердечно-сосудистых заболеваний – умирают вполне крепкие мужчины, которым ещё жить бы да работать. Не виновата экология – экологическая ситуация в нашей стране в начале 1990-х гг. была даже лучше, чем в Центральной Европе. И сейчас она продолжает улучшаться прежде всего потому, что резко уменьшились выбросы в реки и атмосферу: и контроль стал строже, и предприятий ощутимо меньше. А сердце болит!
Курить взрослые стали гораздо меньше (правда, больше курящих среди подростков), да и со знаменитым «русским алкоголизмом» в 2020 г. мы не вошли в десятку самых пьющих.
Можно сослаться на бедность населения: грошовые пенсии, нищенские зарплаты бюджетников (это про них рассказывают президенту о том, как учителя теперь гребут лопатой – хочу напомнить, что ставка учителя высшей категории – 16 600 в месяц).
Вот только в 60-е годы жили нисколько не богаче, но как раз в тот период у нас в стране смертность была самая низкая в истории государства.
Получается, что сейчас начал действовать некий особый фактор, совершенно нематериальный, который влияет на взрослых, причём на мужчин сильнее, но не затрагивает детей и молодёжь, причём действует на севере и на юге, на Камчатке и в Смоленске – это то, что в Писании именовалось «смертным грехом». Это уныние.
Его ещё называют депрессией. И она резко увеличивает смертность.
Мы как нация потеряли смысл жизни. Да, остались маленькое радости: добиться зарплаты больше, чем у коллеги, построить дом выше, чем у соседа… и это всё, больше жить не для чего?
Я вспоминаю лектора горкома партии Виноградова. Он выступал в 60-70-е годы и перед молодёжью, и не боялся идти в трудовые коллективы, к зубастым моторщикам, к ехидным шинникам, а на бесконечные вопросы: «Когда перестанем ездить в Москву за колбасой? Почему нормальный костюм не купишь, только это убожище?» – он отвечал:
– Вот представьте, товарищи, идёт по снежной целине отряд. Тяжело, снегу, как говорил старшина Васков, вам по пояс будет (в зале смех – все помнят, какой жест сделал старшина). Кому всех тяжелее? Тому, кто первым идёт! Вот так и мы – мы же впереди всего мира идём! Всем дорогу показываем, нам и тяжелее, но ведь можем многое: и в космосе первые, и медицина бесплатная, и институты наши какую молодёжь выпускают, вот, ваш Кесарев, например! (И ведь подготовленным всегда шёл этот лектор, про этого Кесарева, который на моторном прогремел так, что «Труд» писал!) Будет, и у нас будет порядок, достаток будет, ведь вот сумели у вас с утками разобраться, а?»
И женщины одобрительно гомонили – утками область завалили, лежали в каждом магазинчике, жирнущие, из духовки на противне жир лужей, но ведь появились!
И мужики на перекур выходили, добродушно пуская м..терок:
– Ведь вот как повернул, и не возразишь!
И было чем гордиться – мы первые, мы можем, мы идём!
Чем гордиться теперь?
И придёт врач на работу, а ему говорят: «А мы вашу больничку в Дунькине оптимизировали, не будет её больше!» И библиотеку имени Фадеева во Владивостоке оптимизировали – мутный он, Фадеев, а здесь банк будет! (Реальный факт). И учитель, упорно оптимизируемый, может забыть про уроки, но не посмеет не сдать на проверку планы воспитания патриотизма в 5 - А классе в соответствии с новой инструкцией.
Без цели жизнь бесцельна, вот и не живётся.