Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Не бери чужое- больше отдашь

Итак,оставил я лису бродить с капканом по краю кручи. Это была самая у нас высокая после Бобыргана Вересковая гора. Когда- то об неё самолёт почтовый кукурузник разбился. Но об этом я потом как нибудь напишу. Пришёл я домой, день никуда не ходил, а на другой день разыгрался буран. А идти- то надо- след занесёт,где я её потом найду. Иду на лыжах вдоль реки Бирюксы, тут не так сильно дует...А там была территория охотничья другого охотника. Ездил он по своей территории на санях на коне и ставил на дичь капканы. Поля засевали пшеницей, рожью, овсом. Мышей было много, а значит и зверьков всяких и лисиц. Это сейчас идёшь по своей ранешной территории как по пустыне- ни следочка...Да и чума лисиц выкосила. Вот иду я , буран дует. Кусты ходуном ходят, снег метёт, ветер тут же мою лыжню задувает. Гляжу- лиса в капкане бьётся, меня увидела. Перед капканом- то он след свой лопаткой засыпал, а где не засыпал- его следы. Думаю- снять бы сейчас лыжи, подойти по следам охотника, вытащить лисицу из кап

Итак,оставил я лису бродить с капканом по краю кручи. Это была самая у нас высокая после Бобыргана Вересковая гора. Когда- то об неё самолёт почтовый кукурузник разбился. Но об этом я потом как нибудь напишу. Пришёл я домой, день никуда не ходил, а на другой день разыгрался буран. А идти- то надо- след занесёт,где я её потом найду. Иду на лыжах вдоль реки Бирюксы, тут не так сильно дует...А там была территория охотничья другого охотника. Ездил он по своей территории на санях на коне и ставил на дичь капканы. Поля засевали пшеницей, рожью, овсом. Мышей было много, а значит и зверьков всяких и лисиц. Это сейчас идёшь по своей ранешной территории как по пустыне- ни следочка...Да и чума лисиц выкосила. Вот иду я , буран дует. Кусты ходуном ходят, снег метёт, ветер тут же мою лыжню задувает. Гляжу- лиса в капкане бьётся, меня увидела. Перед капканом- то он след свой лопаткой засыпал, а где не засыпал- его следы. Думаю- снять бы сейчас лыжи, подойти по следам охотника, вытащить лисицу из капкана, след задует, он и не поймёт, куда она делась- может, сама вырвалась. Постоял в пяти метрах от неё- и поехал дальше. Привык чужое не брать. У стоянки проехал все кусты- не видно следа моей лисы с капканом. темнеть уж стало да и буран дует. Затопил печь в своём убежище и спать. Еду я никогда с собой не брал- ещё и удивлялся- вот хожу целый день по горам и есть не хочется- от солнца, что ли ,питаюсь. Вечером приду, трёх литровую банку компота выпью, не отрываясь, сапоги сниму и спать.

Проснулся затемно- продрог, хоть печь грела меня всю ночь тёплым своим боком. Думаю- пока на Вересковую от стоянки по гриве заберусь-чтобы на ту сторону посмотреть, где лиса, и рассветает. Так и вышло. Поднялся пока, отталкиваясь палками в тишине- буран- то ночью кончился. Достал бинокль, он у меня 12 кратный. Приятно в него окрестности обозревать. Да без него и никак. Глянул- что там и идти не надо. И вот на той стороне горы что- то вроде желтеет в кустах. А я всё равно хотел спускаться на ту сторону, кусты проехать оглядеть. Растут они не сплошь, а в непогоду лиса в них спускается- переждать. Где круто- там лыжи снял, пешком прошёл, а в ложке, где кусты- там снегу понадуло, лыжи одел. И вот она, капканом за сук зацепилась да и замёрзла- головой в снег уткнулась, извернувшись под сучком. Я за всю жизнь три таких- мне попадалось. Лисы- монстры. Наверное, они подолгу такие живут и вырастают. С лап и головы шкура не снялась. Положил я их вместе со шкурой в рюкзак и покатил домой. Лыжню мою задуло. Еду- а та лиса сидит всё ещё в капкане. Меня увидела- и ну рваться и метаться. Возьми цепь- то и оторвись. Отскочила в сторону с капканом- и не верит, что можно убежать, сидит, на меня смотрит. Я ближе- она в кусты. Ну, беги- пусть он теперь, как я, за тобой побегает. Проехал дальше. на горку поднимаюсь- назад глянул- а она напротив на гору ползёт. Видно, нора у неё там. Решил я её отсечь, назад в кусты загнать. Объехал километра за два, поднялся, жду её. Ползёт. Ну, думаю- что её- то мучить и мужика- охотника на коне. Стрельнул да убил. А капкан в снег воткнул- чтоб тот увидел и подобрал. Снял шкурку и с собой забрал- думаю- мало ли охотников тут ездят на лыжах- бес попутал...Эту- то свеже снятую я выделал через два дня. А моя- то так в рюкзаке и лежала ещё. И вот волнение у меня в душе, паника. Чувствую что- то неладное. Сам то уж с охоты снова пришёл. Приезжает тот охотник на коне, заходит в дом. Поздоровались. - "Что же ты, говорю, ко мне за своей лисой- то не едешь- я капкан- то в снег воткнул."-"Да я, говорит- уж хотел ехать охотоведу жаловаться, что кто- то на лыжах ехал и лису спёр. Вот. к тебе приехал узнать- не видел ли ты кого. Да что смотреть- говорю- вон она, всё ещё в рюкзаке лежит не ободранная целиком. Мороз после бурана то был, пока шкуру снимал. голова- то и примёрзла.

И пришлось мне, за то что я поступился своими принципами- чужое никогда не брать- отдать эту шкурищу...Ведь та- то уже выделанная на печке сохла. Он бы тогда понял, что я её не собирался отдавать, если бы он не приехал...А у меня- то однажды с потаском сбежала к нему на его территорию- я к нему то даже и не поехал...Отомстил только потом- привёз он приваду- лисы стали от меня к нему ходить на эту приваду ...А я взял и передвинул её на другое место. Чтобы лисы боялись и не подходили. Долго он ездил- надеялся, что лиса к нему на приваде в капкан попадёт...А я с горы за ним в бинокль наблюдал.