Но никто не нагрянувшая. Попробовали механически исправлять цифры в платежных ведомостях

Все равно никакого отзвука из столицы. Плюнули на всю механику, стали красть просто. Председатель рабкоопа Сагынбеков стал брать натурой: холодильниками, костюмами, мотоциклами... Привезли 8 поселок три магнитофона, так он себе сразу два взял, а старшему бухгалтеру Войнце только один оставил. — Зачем тебе два? — удивился тот. — Не знаю,— пожал плечами председатель.— Хочется. А на машинно-животноводческой станции интересной «натуры» не было. Брали наличными, но тоже хорошо брали. Подошел однажды к кассе некто неизвестный и неуверенно представился Ивановым. — Пятьсот двадцать четыре рубля мне бы.,.— еще неувереннее объяснил он.— И восемьдесят две копейки... А сам топчется, мается, глазами по потолку елозит. — А вот мы сейчас проверим! — на всякий случай сказала кассирша, просто так берясь за какие-то бумаги. — Не надо! — закричал незнакомец и, громыхнув сапогами, исчез, А через несколько минут к кассе подошли раздосадованные главбух Коровин и бригадир Кошевой. — На этот раз вот он получит за «Иванова»,— указал главбух на бригадира,— а потом — кто бы ни пришел! Иванов — значит Иванов! Вот ведь до чего, и то ничего! Сначала по общей сумме раздобытых у отечества денег впереди машинно-животноводческая станция шла. Но и рабкооп сдаваться не хотел. А к финишу конкуренты настолько срав