У меня на кухне начался пожар. Я пытался потушить сам, но не сумел и побежал к телефону вызывать пожарных

. Я снял трубку. В трубке смеялись и спрашивали про гвозди. Я нажал на рычаг, снова снял трубк у и набрал аварийную. «Нет, нет и нет! — прокричали мне.— Если вам нужна та база, что была вместо этой базы, то позвоните туда, где была та база!» И я догадался, что не туда попал. Огонь весело обгладывал ножк у стола. Я побежал на улицу искать автомат. Обогнал машину «Скорой помощи» и свернул в переулок, где было пять пустых будок. В первой трубка оказалась аккуратно срезанной вместе с проводом. В другой трубка была, но не было диска. В третьей все было, и я набрал аварийную. «Ты знаешь, Мариам,— услышал я,— это такое счастье — свой телефон, не понимаю, как я раньше жила без телефона! Скучно — звоню тебе, крыш а обвалилась — никуда бежать не надо, звоню в домоуправление...» Я бросился к следующей будке. Оттуда уже выходил каной-то мужчина. «Работает?» — спросил я. «Не работает,— ответил он.— Я все время не туда попадал и сейчас опять не туда попал, но немного поговорил, чтоб монета не пропала». Я бросился обратно домой. На углу моей улицы дети хором распевали популярную у нас в Ереване песенку: Эй, джан-Ереван, родина моя, Персики, чучхели. сладкий виноград! Приезжайте в гости, буду очень рад, Новая квартира, новый телефон, Будем разговаривать сразу вчетвером!. На месте моего дома был небольшой аккуратный пустырь. По нему бродила кошка и брезгливо принюхивалась к запаху гари. Зато сразу за бывшим моим домом я увидел телефонную будку. Из нее я позвонил Ьодственнинам... — Аварийная служба слушает,— вдруг сказали мне.— Что случилось, гражданин? — Все в порядке,— ответил я.— Не беспокойтесь, уже поздно. г Ереван Б. АГДАСАРЯН В переносном смысле Получил как-то Генрих Гейне от друга довольно объемистую посылку. Стал распаковывать — семь одежек и все с застежками. Наконец, дораспаковался, извлек из оберточной массы маленький ларчик, а в нем коротенькую записочку, что, мол, у друга все идет хорошо. Прошло какое-то время, и уже приятеля великого поэта вызвали за посылкой в почтовую контору. А там дожидался его пребольшущий ящик. И в нем — целая глыба и листочек со строкой: «Дорогой мой, посылаю тебе ют камень, который свалился у меня с сердца, когда я узнал о твоем полном благополучии, Твой Г. Гейне». Нашлись в наши дни люди, которые, решив посоревноваться в почтовых проказах, повторили в несколько ином варианте историйку почти полуторавековой давности: отправили футлярчик с часами «Молния» в ящике весьма и весьма нескромных габаритов, Да и сами часы оказались шуточными. С таким же успехом можн о измерять время по гейневскому камню. Носить себя они еще позволяют, но самостоятельно ходить категорически отказываются. Правда, проказники из Свердловской базы Посылторга компенсировали этот небольшой изъян бесплатным приложением— ворохом старых газет. В заключение, специально для любителей курьезов и диковинных совпадений, мы приберегли одну пикантную подробность: злополучный получатель «Молнии»—житель поселка Чапаевка, Кустанайской области, носит фамилию Гейне. Думается, этот факт и побудил свердловчан начудить именно так.