После окончания пединститута я устроилась в детский сад. О том, что работа воспитателя — это не только детский смех, но и очень серьезные проблемы, я узнала совсем скоро, когда в моей группе появился Кирюша. Он пришел к нам среди года, родители перевели его в наш садик якобы из-за переезда. Но я сразу поняла, что причина в чем-то другом.
Кирилл с первых же минут показался мне агрессивным и нелюдимым. Впрочем, его мама вела себя так же — даже не став знакомиться с воспитателем, она оставила ребенка в группе и быстро убежала.
- Давай помогу тебе переодеться. - Я заметила, что Кирилл вот-вот расплачется.
- Не надо мне помогать! Я уже большой, - довольно сильно оттолкнул меня мальчик. - Обойдемся без соплей!
Я сделала паузу, чтобы успокоиться, Вспомнила, как нас учили, что дети это проекция родителей. Если мальчик так говорит, значит, он это слышит.
- Я вижу, что ты и правда справишься сам, - ответила я. - Только говорить так, как сказал ты, не стоит. Это некрасиво.
- Не учите зайца бегать! - буркнул он.
- Наверное, так говорит твой папа? - спросила я. - Кирилл, эта фраза в нашем с тобой разговоре неуместна. Ну-ка, давай помогу снять рубашку!
Я потянула одежду за рукав и незаметно погладила мальчика по спине, он сначала нервно отбрыкивался, но потом растаял.
- А мама так никогда не делает, - растерянно признался малыш.
- А ты её попроси, скажи, что тебе это нравится, - предложила я.
Контакт был налажен. Во всяком случае, Кирюша понял, что мне можно доверять. Но когда я, играя с детьми после завтрака, решила пригладить ему волосы, он вдруг выставил руки для защиты и прищурился.
Я застыла: этот его жест, без всяких сомнений, означал, что ребенка дома бьют по лицу он уже привык защищаться.
- Не бойся, - тихо шепнула я. - Просто хотела тебя погладить. Можно?
- Можно, - пожал он плечами.
Я прижала мальчика к себе, поглаживая по волосам и было видно, что для него проявление такой нежности в диковинку. Но все это были цветочки. Ягодки созрели к вечеру, когда мальчика пришел забирать из садика папа.
В раздевалке послышался какой-то грохот, потом ругань. Мы с няней переглянулись и бросились на шум - незнакомый мужчина, споткнувшись о детскую скамейку, валялся на полу. В раздевалке отчетливо стоял запах перегара.
- Мужчина, что вы тут делаете? - строго спросила я. - Сейчас вызову полицию.
- Кирюха здесь? - приоткрыл один глаз нетрезвый гость.
- Убирайтесь из детского сада! Кто вас сюда вообще пропустил! - возмутилась я.
- Как - кто? - принял вертикальную позу незнакомец. - Я за ребенком пришел! За сыном! Кирюха же у вас? Жена сказала, двадцатый садик, четвертая группа.
- Вы отец Кирюши?
- Ну да, - для пущей убедительности стукнул себя кулаком в грудь мужчина. - А что, не похожи? Я всегда догадывался, что эта женщина его нагуляла!
- Вы вообще отдаете себе отчет, куда вы пришли? - разозлилась я. - Вы как разговариваете? Здесь дети!
- Слушай, ты, - пошел он в наступление, - ты хоть и воспиталка, но меня не надо воспитывать! Выводи Кирюху!
Я растерянно посмотрела на няню - разве можно отдавать ребенка нетрезвому человеку? Да он же на ногах не стоит!
- Извините, - произнесла я, - но ребенка вам никто не отдаст!
- Не понял юмора! - нахмурился мужчина. - Это кто сказал?
- Это сказала я. - Мой голос был спокойным. - А если вы продолжите орать и пугать детей, я вызову полицию.
- Ты что о себе возомнила? - разозлился он и стал громко звать сына.
На шум выглянули перепуганные дети. Кирюши среди них не было. Попросив няню придержать оборону, я вернулась в группу. Кирилл исчез.
- Этого еще не хватало, - охнула я. - Куда он запропастился?! Ответом было истеричное рыдание, доносящееся из-под стола.
- Ты почему под столом сидишь? - спросила я, глядя на заплаканного мальчика. - Боишься, скажи?
- Не отдавайте меня ему! - размазывая слезы по щекам, попросил Кирюша. - Он нетрезвый!
- Не бойся, не отдам! - Я присела возле мальчика на корточки. - Позвоню твоей маме, пусть придет.
- Не придет. Она в ночную смену работает на хлебозаводе, - отвернулся он.
- Значит, я заберу тебя к себе, - опрометчиво пообещала я.
Глаза ребенка загорелись надеждой. Было видно, что он готов пойти с кем угодно и куда угодно, лишь бы не с отцом.
- Подожди, - попросила я Кирилла. - Сейчас поговорю с твоим папой.
- Где он?! - накинулся на меня мужчина, едва я показалась в раздевалке. Все это время его боевой энтузиазм как могла сдерживала няня.
- Я не имею права отдать вам ребенка. По инструкции, детей могут забирать родители в трезвом состоянии.
- Думаешь, сильно умная? - толкнул меня в плечо отец Кирилла. - Я с работы иду! Устал, немного выпил. Не тебе решать, что мне делать! Твое дело за ребенком следить, пока я работаю!
От его слов мне хотелось расплакаться, но я не могла позволить себе такой слабости: за спиной у меня были дети, а в раздевалку начали заходить родители. Время близилось к шести. - Мальчика я заберу к себе, завтра утром приведу в группу, - строгим голосом сообщила я мужчине. - Уходите домой, проспитесь. С ребенком вашим все будет хорошо! А если начнете буянить, я действительно вызову полицию.
Не знаю, что было в моем голосе, но отец Кирилла понял, что шутить не следует. Он презрительно оглядел меня с ног до головы и ушел, изо всех сил стукнув дверью.
- Ваш муж? - с опаской спросила у меня Настина мама.
- Бог миловал, - перекрестилась я, представив вдруг себя на месте жены этого мужчины. Мне тут же стало жалко и маму Кирюши и его самого. Теперь понятно, почему они такие задерганные и напуганные. Но что могла сделать я? Не буду ж я постоянно забирать к себе Кирилла, когда его мама будет выходить на сутки.
Решение возникло спонтанно - понимая, что вмешиваться в чужую жизнь нехорошо, я все-таки решилась поговорить с женщиной на следующий день.
- Вы знаете, что вчера отец Кирилла приходил в садик нетрезвым? - глядя в упор на молодую женщину, спросила я.
- И что? — выбросила она колючки.
- Я не отдала ему мальчика, он ночевал у меня, — призналась я.
Мои слова заставили ее удивиться.
- Спасибо вам, - наконец-то сказала она. - Ох, я уже и не знаю, что мне делать. Все только поучают, а как до дела, то помочь некому. Но я сама виновата. Жалела его, а теперь вот пожинаю.
- Бросайте его! - шепнула я женщине на ухо. - Берите сына и уходите.
- Мне негде жить, - грустно пожала она плечами,
Я раздумывала секунды две. И предложила им первое время пожить у меня. Конечно, благодаря этому решению я нажила страшного врага в лице Кирюшиного отца, зато приобрела настоящих друзей в лице Кирюшиной мамы и ее сына. Женщина не наглела - два месяца пожив у меня дома, она вскоре сняла квартиру и переехала - туда вместе с сыном.
- Валя, ты меня очень выручила, - призналась как-то она. - Спасибо тебе за то, что помогла избавиться от этого! Я обняла подругу:
- Все хорошо! Главное - решиться. Ты молодец!