Примечательно, что этот статус может иметь один и тот же человек — при условии, что будет раскрыт спецслужбами одного государства, работая в интересах другого.
Корысть как разделительная черта
Ветеран советской контрразведки Игорь Дамаскин в своей книге о разведке и шпионаже разъясняет разницу между шпионами и разведчиками просто. По Дамаскину, разведчик — это штатный сотрудник спецслужбы того или иного государства, для которого такая работа — основная и единственная специальность на всю жизнь, призвание. Даже если он трудится в чужой стране под «крышей» журналиста, дипломата или представителя какой-либо другой профессии.
Шпион — это вражеский разведчик, часто — гражданин страны, чьи интересы он предает, передавая секретную и особо секретную информацию зарубежным спецслужбам. Однако шпионом он является только с точки зрения государства, против которого работает, для страны-«получателя» ценных сведений это агент разведки.
У профессионального разведчика один мотив — служебный долг. У шпионов объяснений того, чем они занимаются, может быть множество, и корысть — не единственное из них, хотя и чаще всего встречающееся. Шпионами нередко движет чувство мести за что-либо, боязнь быть скомпрометированными, идеологические и другие соображения. В этом, по мнению Дамаскина, состоит глубокое различие между разведчиками и шпионами, выполняющими одну и ту же работу — добывающими тайные сведения о противнике. Статус разведчика почетен, его образ героизирован в кино и литературе. Шпионы же презренны в любой стране и при любом политическом режиме.
Юридическое подразделение: в международном праве
Помимо морально-этического, есть и юридическое разграничение этих двух терминов, предусмотренное международными гуманитарным правом. Один из субъектов этого права — Гаагская конвенция 1907 года. Ее принципам, по словам главы российского МИДа Сергея Лаврова, провозглашенным 2 года назад на праздновании 110-летия со дня принятия данного документа, Российская Федерация следует и сегодня. В статьях XXIX приложения IV и 26 Дополнительного протокола I конвенции довольно четко разделяется шпионаж и разведывательная деятельность. Речь, правда, идет о военном времени. Шпион во время войны — это человек, тайно или обманным способом добывающий сведения для противника. Для подобных лазутчиков при их разоблачении применяются соответствующие нормы уголовного права, действующие в государстве, против которого те шпионили.
Разведчик, согласно Гаагской конвенции, — это военнослужащий противника, одетый в военную форму своей армии в момент сбора информации на территории, занятой противоборствующей стороной. Военный разведчик не скрывается под маской «местного жителя» и не прибегает к другим способам обмана для добычи интересующих его сведений. Только в этом случае при поимке де-юре он получает статус военнопленного. Иначе «засланного казачка» причисляют к шпионам со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями.
В действующем УК РФ
В современном российском уголовном праве отдельная статья 276 «Шпионаж» есть только для иностранцев и лиц без гражданства. Ее санкционная планка менее жесткая, чем за те же действия, предусмотренные для граждан Российской Федерации (статья 275 УК РФ «Государственная измена», шпионаж в ее составе — один из видов преступлений, подпадающих под госизмену). Если иностранцу за шпионскую деятельность грозит от 10 до 20 лет лишения свободы, то россиянину за совершение аналогичного преступления светит от 12 до 20 лет плюс 2 года ограничения свободы после отсидки. Могут также назначить крупный штраф. И шпионов, и государственных изменников по УК РФ вправе освободить от уголовной ответственности, если те своевременно сдадутся и у них на совести не будет других преступлений, ставших достоянием гласности.