А в самом деле, нет ли здесь потайного хода? — спросил Чан.

Только успел я это перевести, как Бакни с такой силой ударил меня по плечу, что я чуть было не закричал от боли.

 — Как же я сам не додумался до этого раньше?! Ведь от дворца в центр города ведет подземный ход! — воскликнул он и тут же обратился к Дхирендре: — Если вы согласны, то я опрошу своих воинов и из числа добровольцев отберу самых крепких и испытанных. С ними мы пройдем в город, нападем на Нохри с тыла, пробьемся сквозь расположение его войск к центральному зданию и овладеем тараном. Мы обратим в бегство мятежные войска и заставим их отойти на тот берег реки!

В это время в комнату вбежал какой-то человек и объявил:

 — Гонец от Нохри! Он просит, чтобы его приняла царица.

Серисис разрешила ввести гонца, и тот, почтительно опустившись перед ней на колени, сказал:

 — О царица, полководец приветствует вас и заявляет, что вся страна находится в его руках. Он требует, чтобы вы сдались ему, за что он обещает сохранить вам жизнь и ограничиться высылкой вас за пределы страны. В случае сопротивления вас ждет неминуемая смерть.

Царица встала. Ее глаза сверкали, а губы дрожали от гнева.

 — Передай своему хозяину, что ни правительница Митни-Хапи, ни защитники ее не боятся тех, кто предал Серисис, — ответила она твердо.

Когда гонец, низко кланяясь, вышел из приемного зала, я взглянул на Бакни. Его рука лежала на рукояти меча, а глаза от ярости налились кровью.