ПРИЛОЖЕНИЕ 4 Новые учебники истории России
Во введении к этой книге я упомянул о Советской оруэлловской дыре в памяти. Искажения, внесенные в советскую историографию, включая военную историю, были настолько сильными—и убедительными—что вводили в заблуждение не только советских граждан, но и западных наблюдателей, которые в некоторых случаях все еще полагаются на советские интерпретации основных событий. Такие искажения могут возникнуть в любое время и по любой теме. Отличить мякину лжи от зерна истины-постоянная задача для всех изучающих советскую историю, особенно на Западе. Это, безусловно, включает в себя тех, кто интересуется политикой Сталина с 1939 по 1941 год, а также другими событиями и вопросами, поднятыми в этой книге в контексте Великой стратегии Сталина.
Когда в 1991 году рухнул советский режим, возникла необходимость начать свободно мыслить по-новому, не по-советски. Что касается образования, то из-за марксистско-ленинской идеологической обработки в советском стиле и партийной линии в школьных текстах возникла необходимость в написании новых текстов по истории как для средних (средних) школ, так и для высших учебных заведений в России. Все темы советской истории—экс-официальной идеологии советской внешней отношений, внутренней политики, Красной Армии военной доктрины и стратегии, сталинизм,репрессии, нацистско–советский пакт, в Зимней войне с Финляндией, о причинах Великой Отечественной войны, то есть о том, что произошло в предыдущем семидесяти четырех лет Советской власти—отныне приходилось объяснять студентам правдиво, без марксистско-ленинской пропаганды или блески о прошлом.
Вот предыстория этих революционных изменений в российском образовании и то, как они прямо или косвенно влияют на различные темы и события, освещенные в настоящей книге. Воспитание детей старым, до 1917 года, способом, как сказал Ленин, означало“забивание их голов знаниями, 9/10-я часть которых была бесполезной, 1/10-я часть которых была искажена”. При коммунизме, продолжил он, студентам внушают “социализм его авангардом, Коммунистической партией [для того, чтобы вырастить] поколение, способное осуществить окончательную реализацию коммунизма”.
После этого“искажение” было обновлено и дополнено самими коммунистическими правителями. На протяжении более чем двух поколений при Ленине, Сталине и их преемниках преподавание российской и мировой истории формировалось—то есть деформировалось—в соответствии с марксистско-ленинской “наукой”. Преподавателям было приказано служить “приводными ремнями”, прививая студентам “идею коммунизма” и абсолютную лояльность режиму. Они должны были описать мир как “арену” “неизбежной” борьбы двух лагерей между капитализмом и социализмом. Учителей готовили быть проводниками классовой ненависти, сторонниками “классовой борьбы” против “врагов буржуазии” внутри страны и “капиталистически-империалистических государств” за рубежом. По сути, они были “инженерами человеческих душ”.
Вскоре в советское образование и идеологическую обработку масс, как в школе, так и вне ее, были добавлены другие элементы. Эти методы стали тоталитарными прототипами, которые были намеренно скопированы нацистами (как признавал сам Гитлер), а также другими однопартийными диктатурами тогда и сейчас. Одним из таких советских методов было продвижение в образовании Культа Ленина, позже адаптированного к нацистским условиям как“Принцип лидерства”, воплощенный в личности Адольфа Гитлера. Ленин и Сталин, как Гитлер позже, были запечатлены для детей и взрослых, а aVozhd’ (российского эквивалента toFührer, Дуче, каудильо и т. п.). Он был исторически несравненный“гений”, пример для подражания, который, “подобно Христу,” избавил человечество в рай земной, как показано в официальной идеологии.
Этому сопутствует представление о самоотверженной жертве Лидера во имя Дела. Это можно найти в рассказах о ссылке Ленина в Сибирь и его ранении при попытке убийства в 1918 году. Оба были адаптированы к нацистской пропаганде в Германии, например, при заключении Гитлера в тюрьму в 1924 году или его ранении при попытке убийства в 1944 году, а также, как в советских, так и в нацистских случаях, захвате заложников и демонстративных казнях. Все это олицетворялось в героическом, даже привлекательном Лидере.
СОВЕТСКАЯ ПРОПАГАНДА ОТЗЫВАЕТСЯ ЭХОМ НА ЗАПАДЕ
То, что эта советская пропаганда могла быть—и была—отражена на Западе, видно из ряда искаженных восхвалений Сталину, которые появились во времена Сталина в американской прессе. Например, в книге-бестселлере бывшего посла США в СССР Джозефа Э. Дэвиса "Миссия в Москву" (позже экранизированной в Голливуде) Дэвис утверждает, что сфабрикованные показательные процессы над Сталиным, чистка и казнь старых большевистских лидеров и военных офицеров в Советском Союзе в 1937-38 годах были примером, в котором “правосудие действительно было.” Дэвис изображает Сталина как добросердечного реформатора, который хотел только мира и процветания для Советской России, а не войны или мировой революции.
Журнал Кольера в декабре 1943 года под заголовком“Что за страна Россия в любом случае?” в редакционной статье сообщил читателям, что Россия “не является ни социалистической, ни коммунистической [но] модифицированной капиталистической структурой [продвигающейся] к чему-то, напоминающему нашу собственную и демократию Великобритании”. Журнал Look с миллионной аудиторией опубликовал статью с группой, которая гласила:“Парень по имени Джо". Сталин, говорится в статье, увлекается “Арктической метеорологией. Рассказы о кожаных чулках, мыле и войне [и является] одним из самых хорошо одетых мировых лидеров, из-за чего Черчилль в своем костюме сирены выглядит положительно потрепанным.Журнал ”Лайф “(29 марта 1943 года) описал секретную полицию Сталина и Берии/полицейскую организацию ГУЛАГа, НКВД, как” национальную полицию, аналогичную ФБР“. В этом отношении Управление военной информации США и материалы, ориентирующие армию США, регулярно упоминали СССР как” демократию " (см. введение).
В своих посланиях Черчиллю сам президент Рузвельт в веселой манере называл Сталина“дядей Джо”. Считается, что в то же время, незадолго до его смерти, Рузвельт гневно заметил своему помощнику: “Аверелл [Гарриман, американский эмиссар и советник по России] прав. Мы не можем вести дела со Сталиным”1.