Эфа бросила эльфа на землю. В разложенном виде. Она повернулась и увидела, что Тамор уходит, исчезает в тумане.

Деревья застонали. За туманной занавеской их не было видно, но над Лесом раздался почти плачущий стон. Пугающий. Жалобный.

И Йорик рассек туман своими мечами. И зеленые клочки разлетелись, осели на землю, шарахались, дергались, отступали от орка.

Чефанго бросился на помощь.

Браслет на его руке, деревянная змея, ползла от запястья к плечу. Дрожал там. Все, что он мог сделать, - это рассеять хлопоты. Для Efa развеять. И Йорик тоже понял. Как он?

Нет времени обдумывать это.

Еще несколько шагов. Но там, где центурион только что нарезал, он закипает ведьмовским отваром.

Он тускло, ощутимо крутится, разваливается, тает и снова клубится тугими клубами.

- Йорик!

Зеленая плотная муть.

Последний взрыв, последний проблеск стали. Непринужденно на мгновение. Просто на мгновение, чтобы увидеть, как он падает, мечи упали ...

На колени. Пальцы чешут мне горло ...

Йорик ...

Она уже там. Уже ... Туман распространяется как мгла. Утолщается в сторону.

- Сотник, твоя мать ...

Желтые глаза, как солнечные капли в янтаре. Выходить.

И что-то происходит ... Что-то внутри. Ломается. Слезы. Цунами на пологом берегу. Около стены.

Волна.

Не прячься. Не прячься.

Из укромных уголков души, из тайников, с грохотом, лязганием когтей по каменному полу ...