Детство Антона прошло в огромной, залитой солнцем квартире, просторной настолько, что по ней «можно было кататься на велосипеде». Родители мальчика, оба имевшие профессорское звание, преподавали, писали книги, вели научную работу. Бабушка и дедушка жили вместе с ними. В доме всегда бывали интересные гости – люди научной, инженерной и артистической среды, а также студенты и аспиранты, работавшие под руководством родителей Антона над дипломами и диссертациями.
Мальчик всегда видел демократичное и поддерживающее отношение взрослых к молодым, видел, как папа и мама одобряют талантливых людей, с какой любовью и насколько бережно относятся к тем, кто хочет развиваться, учиться, познавать.
Родители Антона никогда не состояли в партии. Советские принципы оценивались адекватно, но эта оценка не выливалась в яростное осуждение или борьбу. Мысля свободно, родители Антона проявляли гибкость и лояльность – искали компромисс и никогда не создавали себе ненужных проблем.
Антон был человеком, не вынесшим из детства практически никаких горестных, мрачных, болезненных ощущений от жизни. Жизнь ассоциировалась у него с защищенностью и теплом.
Люди – с приятным общением и сотрудничеством. Лето – с морем.
Зима – с горными лыжами. Никакой скованности, страха, необходимости лицемерить. Мать сидела за печатной машинкой, а маленький сын мог в любой момент забраться к ней на колени и поклацать по кнопкам. Антон не сталкивался ни с открытой холодностью, ни с раздражением, ни со злобой.
Центральной фигурой детства для мальчика был любимый и любящий дед (отец матери). Практически всю жизнь дед проработал в одном из авиационных НИИ. После рождения внука он стал уделять науке все меньше внимания и, в конце концов, оставил должность заведующего лабораторией, перейдя на какую-то менее ответственную работу. Он сделал это с единственной целью: как можно больше времени проводить с маленьким Антоном. Благодаря этому мальчик практически не ходил в детский сад, а если и ходил, то эпизодически, ближе к школе, когда у деда начались проблемы со здоровьем.
— Мы постоянно гуляли вместе, разговаривали обо всем, он давал мне советы, можно сказать, передавал знания о жизни. Он часто брал меня с собой на работу, иногда мы ездили на аэродром, смотрели на испытания самолетов. Мы строили модели... Сначала попроще, бумажные планеры. Потом, уже в школе, мы как-то сконструировали и собрали радиоуправляемый самолет. И испытывали его в поле, недалеко от дачи. Это один из самых ярких моментов моей жизни! Думаю, уже тогда я решил, чем буду заниматься. Вернее... Не решил. А почувствовал.
Глаза Антона сияли.
— Еще мы ходили на рыбалку... Как-то ездили летом в Коктебель, навещали могилу Волошина. Мы гуляли по берегу моря, держась за руки, представляете?
— Вы всегда гуляли вдвоем?
— Нет-нет. Я обожал проводить время во дворе, лез во все игры, встревал во все дела, участвовал в стычках. Мог подраться с кем-нибудь в песочнице. — Антон рассмеялся. — Но дед всегда присутствовал где-то рядом. Наблюдал за нами. Иногда деликатно вмешивался. Помогал мудро разрешить конфликты и помириться.
В специализированную математическую школу Антон отправился, уже отлично умея читать, писать и считать. С самых первых дней за партой мальчик изнывал от скуки. Уроки тянулись бесконечно и были абсолютно неинтересными. Бурю негодования вызывала необходимость писать аккуратно и кропотливо оформлять написанное в строгом соответствии бессмысленным правилам. Однако, к удивлению Антона, родители не разделили недовольства школьным порядком.
— Я не понимал, например, зачем мне делать уроки?! — воскликнул Антон. — Я мог весь день проваляться с книгой фантастики и на следующий день блестяще ответить любой урок у доски. Но единственный человек, который меня понимал и поддерживал — это дед. Он говорил: «Главное, чтобы ты понимал суть». Вот это было классно! Дед был настоящим другом. И навлекал, кстати, тем самым на себя возмущение мамы. Я слышал, как они в кабинете спорили насчет моей учебы. Надо сказать, дед никогда не доводил спор до ссоры. Он умел перевести все в шутку, умел найти компромисс. Но он всегда мог защитить меня и при этом оставался при своем мнении, — заключил Антон с удовольствием.
Продолжение читайте в моей книге «Бизнес и/или свобода».