Мне очень нравится быть психотерапевтом, но я рада, что моя жизнь – это гораздо больше, чем только психотерапия, и в ней еще так много того, что ждет моего открытия, исследования и непосредственного живого участия.
Письмо
Сиэттл. Америка. Нежаркое летнее утро. Моя племянница – восхитительное восьмилетнее создание, в чьих волосах запуталось проснувшееся солнце, наклонившись от усердия совсем близко к огромному обеденному столу, аккуратно выводит карандашом на листке: «Dear Santa!..» Мне странно, что за полгода до
Рождества кто-то пишет Санта-Клаусу письмо, и через полчаса я решаю посмотреть, как там обстоят дела.
Один листочек уже исписан и лежит радом так, что я могу прочитать. Моя красавица переписывает из каталога девочек понравившиеся ей игрушки. Но, будучи девочкой милой, доброй и воспитанной, она через каждые несколько строчек добавляет по-английски: «Тебе совсем не обязательно дарить мне все это, просто что-нибудь из этого, если тебе не сложно». Меня глубоко трогает эта сцена, и я вспоминаю совсем другое письмо. «Дорогой Дед Мороз! Я живу хорошо. У меня есть мама, бабушка и дедушка.
Они – хорошие. Бабушка у меня самая добрая, она разрешает мне играть дома со всем, что я там найду. Она часто спит, но, правда, когда не спит, бывает очень шумная: все время ругается с мамой или дедушкой. А дедушка у меня хороший. Бабушка часто его называет „алкаш“, я думаю, это потому, что он пьет водку. Дед веселый, он любит кружить меня по комнате, а потом падает на диван и тоже спит. Мама у меня самая красивая. Я, правда, ее совсем мало вижу. Она редко бывает веселая и тоже любит спать. Я всегда радуюсь, когда мама приходит домой, но мне не нравится, когда она меня бьет. Это больно, я всегда плачу, а бабушка тогда очень громко кричит: „Не трогай ребенка, наркоманка проклятая!“ Когда мама веселая – это очень хорошо, она целует меня и обещает сводить в „Макдоналдс“, когда будут деньги. Я не знаю, что это такое, но я думаю, что это что-то очень интересное.
Один раз бабушка отвела меня в место, которое называли „детский сад“. Там было так много игрушек, что у меня даже закружилась голова. Но бабушке сказали, что я не могу туда ходить, потому что я болен. Это очень жалко. Там много детей, игрушек и очень большие комнаты.
Однажды бабушка сказала: „Вот и лето кончилось!“ Лето – это когда в нашей комнате очень-очень жарко и мамы совсем нет дома. Так что я даже обрадовался, что лето кончилось, и бабушка отвела меня в интересное место – детский центр. Мне там очень понравилось. Он не похож на детский сад, но там тоже много игрушек и очень добрые тети.
Дорогой Дед Мороз, тетя из центра сказала, что ты можешь исполнять желания. Сказала „любые-любые“. Я хотел бы, чтобы у меня дома были свои кубики и машинка, ну хоть самая маленькая, а то мне совсем нечем играть.
Бабушка говорит, что это дед все пропил. Но кубиков-то у нас и не было никогда.
Еще я хочу, чтобы бабушка перестала пить эти таблетки, после которых она так долго спит, что мне становится страшно, что она никогда не проснется. И еще я хочу, чтобы мама часто была дома и играла со мной. И ты не мог бы помочь ей найти такую работу, которую она ищет, чтобы купить нам большую квартиру, такую большую, что у каждого будет своя комната, а не все в одной. Я не верю, что есть такие большие квартиры, но мама говорит, что есть.
И еще я хочу ходить в детский сад, там весело и много места. Тогда дома все смогли бы от меня отдохнуть. И самое главное, хотел бы я все-таки узнать хоть что-нибудь про этот „Макдоналдс“.
Тетя из центра сказала, что не важно, что я не сам напишу это письмо. Я ведь еще не умею писать, мне пока что всего пять лет. Хотя бабушка часто говорит, что мне „уже пять“.
До свидания. Вова».