Коньяк плюс шоколадка.

Приняв дела и обязанности НХС АПЛ К-259 и получив два зачетных листа приступил к активной сдаче зачетов. Отведенного времени едва хватило, дома за это время был всего пару раз и вот свершилось: допущен к самостоятельному управлению службой. 8 апреля 1975 года лодка под командованием капитана 1 ранга Асташина Е.Л. вернулась с шести месячной боевой службы и в сентябре встала в текущий ремонт. Командир и ряд офицеров планировались к увольнению, шла перестановка кадров. Через год в октябре флагманский химик передал распоряжение в такие то сроки провести сверку по учету материальных средств с химической службой береговой базы. Результаты были плачевны, за службой числилось почти всё штатное имущество в двойном количестве от имеющегося в наличии. Флагманский и командир предположили (сверок не было три года), что в период когда на лодку было по два экипажа, то при приеме передачи корабля какой то из актов не был проведён по учету. Версия есть, а доказательств нет, сор из избы выносить не будем, спишем по тихому. И повисла на мне недостача в размере стоимости ГАЗ-24. Первый год, когда акты списания материальных средств согласовывались с флагманским и утверждались командиром списал большую часть недостачи. Но грянула реорганизация, переподчинение с флота на Приморскую флотилию и теперь согласование на флотилии, а утверждение в хим службе флота. На флоте кроме акта стали требовать справку с хим склада флотилии о сдаче приборов и радиоактивных источников. В ход пошло шило, за каждую справку на складах просили литр, но контакт вроде наладился, но не всё так просто. В хим службе флотилии при согласовании последних двух актов затребовали справку, что они сдали три тонны металлолома. Научили куда обращаться и без справки не появляться. Докладываю ситуацию командиру, вместе по возмущались, но дело то надо заканчивать. Через интенданта получил две баночки икры, банку осетровых консервов, десять шоколадок и поехал за сорок километров в Находку искать базу приема вторчермета. Нашел, наблюдаю со стороны за схемой работы, тренирую речь, как буду разговаривать с приемщицей. При закрытии на обед скромно стучусь и запинаясь, ходя вокруг да около намекаю, что мне нужно, а мы дескать будем очень благодарны. Приёмщица берёт инициативу, флотский что ли? Киваю. Сколько тебе нужно, всего то три тонны? С тебя коньяк пять звёздочек и шоколадка, будешь готов заходи. База на окраине, с попуткой добрался до центра, нашел что требовалось и пёхом назад. Бартер и у меня на руках справка, что заинтересованная в/ч сдала три тонны металлолома. В дивизии тоже собирали металлолом, но фактически собирали и каждый экипаж собирал по одной две тонны, а вот береговые тыловые службы шли другим путем и я сто пудово был не первым во вторчермете. Интендантский паек был приватизирован, на флотилии рады — спишем все, давай только вторчермет. Поскольку в вопросе списания я поднаторел, то к моменту истории с «диверсией» у меня было списано всё, на замену получено новое и ждало только демонтажа. Полученный опыт пригодился на новом месте службы.