Шедевр Санназаро был написан на живом языке своего народа, в смеси прозы и стихов—Аркадия (1504). Подобно Феокриту в древней Але

Искусство Тереньо было более мужественным, чем его поэзия, хотя и там мягкое итальянское прикосновение показывало его руку. Донателло и Микелоццо приехали из Флоренции и задали темп величественному мавзолею кардинала Ринальдо Бранкаччи в церкви Сан-Анджело-а-Нило. Для замка Нуово, построенного Карлом I Анжуйским (1283), Альфонсо Великодушный заказал новые ворота (1443-70), которые спроектировал Франческо Лорана и для которых Пьетро ди Мартино и, вероятно, Джулиано да Майано вырезали красивые рельефы достижений короля в войне и мире. Церковь Санта-Кьяра, построенная для Роберта Мудрого (1310), до сих пор содержит прекрасный готический памятник, установленный братьями Джованни и Паче да Флоренце вскоре после смерти короля в 1343 году. Собор Сан-Дженнаро (1272) получил новый готический интерьер в пятнадцатом веке. Там, в дорогой Капелла дель Тесоро, кровь святого Януария, покровителя Неаполя, течет три раза в год, обеспечивая процветание города, утомленного торговлей и обремененного веками, но утешенного верой и любовью.

Сицилия осталась в стороне от эпохи Возрождения. Она произвела на свет нескольких ученых, таких как Ориспа, нескольких художников, таких как Антонелло да Мессина, но вскоре они мигрировали в более широкие возможности материка. В Палермо, Монреале, Чефалу было великое искусство, но только как пережиток византийских, мусульманских или норманнских времен. Феодалы, владевшие землей, предпочитали одиннадцатый век пятнадцатому и жили в рыцарском презрении или незнании букв. Люди, которых они эксплуатировали, были слишком бедны, чтобы иметь какое-либо культурное выражение, кроме их красочной одежды, их религии ярких мозаик и мрачной надежды, их песен и простой поэзии любви и насилия. Прекрасный остров пользовался своими собственными арагонскими королями и королевами с 1295 по 1409 год; после этого в течение трех столетий он был жемчужиной в короне Испании.

Каким бы длинным ни казался этот краткий обзор не римской Италии, он не отдал должного полноте и разнообразию жизни страстного полуострова. Рассмотрение морали и нравов, науки и философии можно отложить до тех пор, пока мы не проведем несколько глав с папами эпохи Возрождения; но даже в тех городах, которых мы коснулись, сколько драгоценных уголков жизни и искусства ускользнуло от наших глаз! Мы ничего не сказали о целой отрасли итальянской литературы, ибо самые великие новеллы относятся к более позднему периоду. Мы неадекватно визуализировали главную роль, которую второстепенные искусства сыграли в украшении итальянских тел, умов и домов. Какие деформированные или раздутые дефекты были величественно преображены текстильным искусством! Кем были бы некоторые из вельмож и великих дам, прославленных венецианской живописью, без их бархата, атласа, шелка и парчи? Они хорошо сделали, что прикрыли свою наготу и заклеймили наготу как грех. Мудро было с их стороны тоже охлаждать лето садами, пусть даже такими официальными; украшать свои дома цветной черепицей на крыше и полу, железом, украшенным кружевами и арабесками, и медными сосудами сверкающая гладкость, и статуэтки из бронзы или слоновой кости, напоминающие им, какими прекрасными могут быть мужчины и женщины, и изделия из дерева, вырезанные и украшенные, и построенные так, чтобы прослужить тысячу лет, и блестящая керамика, украшающая стол, шкаф и каминную полку, и чудесная вышивка венецианского стекла, бросающая хрупкий вызов времени, и золотые штампы и серебряные застежки кожаных переплетов вокруг заветной классики, освещенной счастливыми рабами пера. Многие художники, такие как Сано ди Пьетро, предпочли испортить свое зрение рисованием и раскрашиванием миниатюр, а не распространять свои тонкие и интимные мечты о красоте грубо на панелях и стенах. А иногда, устав от прогулок по галереям, можно было часами с удовольствием посидеть над иллюстрациями и каллиграфией таких рукописей, которые до сих пор хранятся во дворце Шифаноя в Ферраре, или в библиотеке Моргана в Нью-Йорке, или в Амброзиане в Милане.

Все это, а также великие искусства, труд и любовь, хитрость и государственная мудрость, преданность и война, вера и философия, наука и суеверия, поэзия и музыка, ненависть и юмор милого и вулканического народа объединились, чтобы создать итальянский Ренессанс и привести его к осуществлению и разрушению в Риме Медичи.

КНИГА IV

РИМСКИЙ РЕНЕССАНС

1378–1521

ГЛАВА XIV

Кризис в Церкви