Глава 4 расплата

Ища повсюду короля, королева сбилась с ног. Никто толком не мог ей сказать, куда же он уехал, взяв с собой Марту. Она передумала многое, и лишь на последнем месте у нее было предположение, что муж, наверное, все же решил посетить колдунью. Но эту мысль она отбросила почти сразу же, так как полагала, что у короля достаточно благоразумия, чтобы не ввязываться во всякие сомнительные отношения с колдуньей.

И она ошиблась.

За ночь она ни разу не прилегла, так как не могла уснуть, находясь в состоянии волнения и тревоги.

Несколько часов подряд она провела за столом в гордом одиночестве, так как никто не составил ей компанию. Придворные дамы со своими глупыми доводами быстро ей наскучили, и поэтому она отправила их спать, решив побыть одна.

Чтобы как-то скрасить свое одиночество, королева взяла книгу и положила ее на стол перед собой. Сентиментальный роман современного автора показался ей неправдоподобным и написанным только для того, чтобы выдавить из читательниц побольше слез.

По этой причине чтение продолжалось недолго: прочитав несколько страниц, она отложила книгу в сторону.

Короля все не было. «И как только он не поставил меня в известность, куда отправился с дочерью, – думала она, – ведь Марта так слаба, того и гляди не выдержит... К чему ей такие нагрузки? Ей уже пятнадцать... Я дожила до этого момента, но для чего, чтобы помучить себя и своего мужа? Если бы он только знал, как мне тяжело, возможно, он простил бы меня.»

Как ни сокрушалась королева, как ни пыталась разжалобить свое сердце, вызывая сострадание и жалость к себе, слез у нее на глазах не было. Очевидно, она разучилась плакать, а, возможно, просто у нее не осталось слез. Во всяком случае, королева никогда не была плаксивой и не любила, когда плакали в ее присутствии.

Уже солнце осветило комнату, где провела бессонную ночь мать Марты, когда карета с королем и принцессой остановилась перед дворцом. Прислуга засуетилась вокруг нее, пытаясь удовлетворить свое любопытство: все ли в порядке с ними.

– Король вернулся! Король вернулся! – понеслось по всем комнатам дворца.

Услышав такое известие, королева подскочила с места и бросилась к выходу.

Она почти бежала вниз по ступенькам с единственной мыслью: «Только бы с ними ничего не случилось.» Распахнув входную дверь, она застыла на пороге, так как перед ней стояли король и принцесса.

На их лицах были счастливые улыбки, а потому королева, внутренне успокоившись, расплакалась, давая своим чувствам, до этого момента переполнявшим ее, выйти наружу.

– Ну-ну, не стоит, – обняв ее, произнес король. – Все хорошо, мы снова вместе...

– Но почему ты мне не сказал, куда увез дочь?! – с упреком сказала она, отстраняя его от себя. – Я места себе не находила, голову ломала, а ты даже не подумал, как ваше внезапное исчезновение отразится на мне!

– Не надо так, – одернул ее король, – не будем выяснять отношения при людях...

– Марта, девочка моя, как ты себя чувствуешь? – уже вытирая слезы, обратилась к ней с вопросом королева.

– Как видите, матушка, хорошо... Мне с трудом верится, что я была больна, – ровным голосом сказала принцесса.

– Но как?.. – начала было королева.

– Об этом после, – резко бросил король. – Теперь хорошо бы перекусить да и отдохнуть... Дорога была неблизкой...

Король и принцесса поспешно прошли во дворец, где к тому времени для них накрывались столы со всевозможными вкусными и изысканными блюдами, над которыми, прилагая свое умение, потрудились лучшие повара королевства.

Не успели они сесть за стол, как принцесса принялась за еду с такой жадностью, что король по-доброму удивился такому повороту событий, ведь до этого дня за период болезни ему с трудом удавалось втолкнуть что-либо Марте в рот, чтобы она не умерла от голода.

Тем временем королева подошла к кучеру кареты, на которой ездили к колдунье король и принцесса, и попыталась выведать у него всю правду.

Только тот, как, впрочем, и все остальные участники поездки, был предупрежден Его Высочеством о молчании.

– Где это вы были? – спросила королева у кучера.

– Да так, ездили по делам, – с небрежностью ответил тот, поправляя упряжь.