Доброе вполне себе могло сегодня называться Константиновским!
Дело в том, что современный восточный район Владимира когда-то был селом. В документах оно впервые упоминается под 1478-м годом. То есть документально история этой части областной столицы прослеживается уже на протяжении почти 5,5 веков.
Но при чем тут Константиновское? Дело в том, что в первых из известных письменных свидетельствах о селе этот населенный пункт именовали по местному монастырю. Речь идет о Константино-Еленинской обители. Позже монастырь из-за ветхости был упразднен. Доброе село оказалось в казённом ведомстве, от монастыря ему была передана церковь, при которой в 1885 году была выстроена кирпичная колокольня.
В 1850-е годы через Доброе село была проложена шоссейная дорога из Владимира в Суздаль. В 1878 году в Добром насчитывалось 900 жителей, 161 двор[1], существовала церковно-приходская школа, мужская богадельня и народное училище. Согласно переписи 1897 года численность населения Доброго села составляла 1083 человека[2], в 1926 году насчитывалось 1252 жителя.
Так откуда же взялось наименование Доброе?
На самом деле,точного ответа на этот вопрос сегодня ни у кого нет. Так что нам остается довольствоваться лишь легендарными версиями.
Версия 1: Под нынешним названием село известно с 16 века. Если верить преданию, то название Доброе появилось в 1552 году и связано с походом Ивана Грозного против казанских татар. Жители селения радушно, с хлебом-солью, по-доброму встретили русских воинов. Отсюда и соответствующее название. Но надо признать, что это не больше, чем легенда.
По второй версии, жители села не отличались гостеприимством, и потому его назвали «Добрым» с иронией.
Есть и третий вариант. Слово "добрый" в старину обозначало не мягкость характера, а крепко сделанное что-либо или кто-либо. Например, когда говорили «добрый молодец», то это обозначало не доброту его, а слаженность фигуры, крепость здоровья, духа.
А избы в Добром крепкие, добротные. По одной стороне его и сейчас стоят старые деревянные дома, а по другой кирпичные дома стояли, которые стали было ломать (понадобилась именно эта сторона села для возведения панельных домов). Но один дом так и не смогли сломать. Говорят, что его можно только взорвать.