И так... 25 августа 2021 года, прошло 14 дней, как Евы не стало. Мы до сих пор в Барселоне, сидим ждём, когда нам разрешат вылет. Саша так ничего практически и не кушает, от запаха еды тошнит. Я звоню Джулии и прошу её узнать у доктора Мора, не могла ли повлиять химия или лучевая терапия и на Сашу. Я как-то читала где-то, что может быть и такое. Джулия выслушала и сказала, что такого не может быть, что ни разу не слышала от родителей такого, но всё равно спросит у доктора.
Так вот утром 25 мы решаем поехать в агенство, разузнать новости. Смотрю на Сашу она белая как полотно, даже губы. Хотела поехать одна, но Саша была против, ей тоже хотелось поехать. Я предложила тогда поехать на следующий день, но она отказалась, только хотела полежать немного. Когда Саше стало полегче мы поехали в агенство на автобусе, но Саше стало плохо и мы вышли, хотели поймать такси, только ей становилось всё хуже, опять побелела и села прямо на землю. Я поймала такси и мы поехали домой, не получилось у нас в этот день попасть в агенство.
Дома Саша легла и ей стало полегче. На мои уговоры что-то покушать, она отвечала, что не хочет. Тогда я решила сварить куриный бульончик, я подумала, что может она почувствует запах и аппетит прийдёт. Зря я так думала... Когда дочка почувствовала запах варёной курицы, выбежала из квартиры на крышу. Она постоянно уходила на крышу, я думаю Саша там плакала, чтоб мы её не видели. Мы давали ей какое-то время побыть одной, а потом Женя поднимался к ней. Иногда она сама его звала. Крыши в Испании не такие как у нас, там лежаки, мангалы и т.д., в общем всё для отдыха.
Вечером мне позвонила Джулия и сказала, что лечение Евы не могло на Сашу повлиять, что ей нужен скорее всего психолог и что они могут нам его предоставить. Вот только дочка и слышать ничего не хотела о психологе. Нужно было что-то придумать и хоть как-то накормить Сашу. И я придумала, Саше нравятся гамбургеры из КФСи или Макдональдса, хоть я и против такой еды, но нужно было дочери хоть что-то поесть. В этой ситуации любая еда, это спасение. Женя сходил за гамбургерами и колой и о чудо! Саша с таким аппетитом съела половинку и попила колу, что я была на седьмом небе от счастья. Но радоваться долго не пришлось, её вырвало и то что она покушала это уже хорошо, я подумала значит и дальше будет кушать.
Опять я ошиблась, Саша иногда съедала половину гамбургера, но это было редко, иногда её рвало, а иногда нет. Оставалось ждать возвращения домой и дома идти в больницу, обследоваться. Целый год мы лечили Еву, теперь прийдётся лечить дочь, только вот захочет ли она лечится, захочет ли она ЖИТЬ! Пока я не видела в ней этого. Я думала со временем ей же станет легче, но вот вопрос когда этот момент настанет, будет ли кого лечить? Я конечно же старалась придумать ей какие-то развлечения, но ничего ей не нравилось. И всё же я придумала и от этой идеи Саша была в восторге. С нами рядом тут в Испании, на лестничной площадке жила Юля из Казахстана, она лечила дочку Миланочку тоже от нейробластомы, так вот Саша с ними очень сдружилась. Они уехали домой на следующий день, когда Евы не стало. Юля приезжала к нам в госпиталь прощаться с Евой. Ева любила Юлю и Милану и ходила всегда к ним в гости, мы даже двери не закрывали, чтоб Ева могла свободно ходить туда-сюда. Так вот, я предложила Саше по приеду домой, поехать к ним в гости в Казахстан и погостить у них. Саше идея очень понравилась и Юле с Миланкой тоже.
За этот год моя дочка очень сильно изменилась и научилась многому. Она очень сильно боялась уколов, только ей пришлось практически постоянно колоть их Еве. Научилась контролировать свои эмоции. Научилась улыбаться когда хочется не просто плакать, а рыдать. Саша стала очень сильной, целый год на её глазах Еве было больно, а ей приходилось улыбаться.
Её жизнь и наша тоже разделилась на до и после... и что дальше? Как жить? Об этом мне не хотелось думать, а Саше я думаю тем более. В душе у меня была пустота и тревога за дочек, за Сашу, за младшую-Соню, как она ? Я опять не рядом в такой момент. Как старшая, на её плечи столько всего свалилось, своя малышка, моя младшая дочь и подготовка к похоронам. И самое главное то, что мы до сих пор не можем вылететь домой.