Как ни странно, за этот долгий срок — три десятилетия — произошло довольно мало событий. Во всяком случае, летопись запомнила всего шесть:
— Мятеж древлян 913–914 годов;
— Приход печенегов (915) и война с ними (920);
— Поход на греков 941 года;
— Второй поход 944 года;
— Заключение нового договора с Византией в 945 г.;
— Гибель Игоря.
В арабских и еврейских источниках еще сообщается о двух больших походах «русов» к Каспию в 913 и 943 г. г… Арабский автор сообщает о русских: «Они — могучий народ с большим размахом и великой смелостью. Им неизвестно поражение, и никто из них не поворачивается спиной к врагу пока не убил его или сам не убит». Однако эти набеги, вероятнее всего, были предприняты не киевскими русами, а «русскими» в варяжском значении этого слова — то есть викингами, причем обитавшими на землях хазарского каганата. В таком случае к истории России каспийские рейды отношения не имеют. Отечественная летопись об этих военных предприятиях ни словом не упоминает.
Итак, по порядку.
«В год 6421 (913). После Олега стал княжить Игорь. И затворились от Игоря древляне по смерти Олега… В год 6422 (914). Пошел Игорь на древлян и, победив их, возложил на них дань больше Олеговой».
При смене власти и, в особенности, после смерти великого правителя беспокойные области нередко пробуют освободиться от зависимости, что, видимо, и попытались сделать древляне, в отличие от других славянских племен, не заинтересованные в союзе с Киевом. С этой, первой проблемой своего княжения Игорь вроде бы справился. Однако, как будет видно позднее, древлянский вопрос и теперь не был решен окончательно. Эта мина замедленного действия еще взорвется.
На следующий год «приидоша печенези первое на Рускую землю», докладывает хроника. Слово «первое» (то есть «впервые») нужно понимать в том смысле, что печенеги прежде лишь бродили по днепровским степям, мешая торговле, но непосредственно в славянские владения доселе не вторгались. Главная их масса пока обитала за Волгой, на Русь она двинется позднее. Тогда мы и поговорим об этих грозных кочевниках подробно. Сейчас же я ограничусь кратким и прекрасным карамзинским определением печенегов: «Они носили персидскую одежду, и лица их изображали свирепость».
На первый раз со свирепыми печенегами, которых, вероятно, было не очень много, Игорь сумел договориться и спровадил их дальше на запад. Печенеги «створивше мир с Игорем, идоша к Дунаю». Но пять лет спустя воевать все-таки пришлось — то ли с той же ордой, возвращавшейся на восток, то ли с новой, но опять, видимо, не особенно сильной. «Игорь же воеваше на печенегы», — коротко, безо всяких подробностей извещает нас летопись, для которой в тот 920 год более важным было известие о воцарении византийского императора Романа. Должно быть, Игорь просто отогнал кочевников, и они убрались восвояси.
Далее следует более чем двадцатилетняя пауза, когда ни о каких памятных происшествиях на Руси не сообщается. Видимо, ничего исключительного не происходило, то есть держался мир.
Самым активным периодом являются последние годы Игорева княжения, когда случилось много драматичных событий. «Повесть временных лет» рассказывает о них очень подробно, сохранились свидетельства и в иностранных текстах.
«В год 6449 (941). Пошел Игорь на греков».
То есть после тридцатилетнего мира русские вновь, как при Олеге и Аскольде с Диром, пошли войной на Византию, торговля с которой была основой государственной экономики. Произойти такое могло, очевидно, лишь вследствие нарушения Царьградом условий прежнего соглашения либо вследствие полного прекращения хозяйственных связей (причина всех русских походов на Константинополь была одна и та же). Справедливость этого предположения подтверждается тем, что война прекратилась с подписанием нового торгового договора.