- Ты о чем? - не понял я.

- Ты о чем? - не понял я. - У туррутов дети проходят несколько стадий взросления, - нехотя пояснила Шила, - после завершающей у них появляются необходимые для размножения органы, и они становятся пригодными к спариванию и вынашиванию потомства. - У меня есть дурные догадки о том, что эти девочки тут делают, - невесело высказался я. - Похоже, ты прав и мы видим один из немногих случаев рабства, - согласилась капитанша. - Вернее не совсем так. Девушек, скорее всего, продадут какому-нибудь толстосуму, он ими попользуется какое-то время и просто выкинет на улицу. Ну а там у бедняжек окажется не так уж и много шансов нормально устроиться. - Не понял, это типа лишения девственности? - уточнил я. - Не знаю, о чем ты, - посмотрела на меня Шила. - Первые попытки взрослой жизни юной половозрелой девушки для туррутов - сильнейший наркотик. Тело девушки избавляется от детских гормонов, перерабатывая их во взрослые. Продукты распада гормонов и есть тот самый сильнейший наркотик. Его, конечно "добывают" всякими путями, но самым правильным и приятным употреблением считается естественное. Кроме того, получающий этот наркотик по слухам получает и несколько полноценных лет жизни, омолаживая свой организм. - Ты-то откуда это знаешь? - спросил я удивленно. - Да попадала как-то под гребенку, - ответила Шила, видимо вспоминая не слишком приятные моменты детства. - Меня загребли бандиты, ошибочно посчитав за девочку-туррута. - У них глаза были не в том месте? - удивился я, осмотрев Шилу. - Что потом-то произошло? - Не знаю, что там с глазами, - усмехнулась Шила. - Нас отбили шахтеры, пустив разбойников в расход. Я даже приняла участие в боевых действиях, покалечив одного из пиратов. - Ладно, что делать-то будем? - я автоматически почесал рукой затылок шлема. - Бедняжек надо передать воякам, - ответила Шила. - Там появятся хоть какие-то перспективы выжить. В противном случае девочки просто сгинут в этом бардаке.