Вот это — памятник «первым иностранным агентам», он находится примерно в трехстах метрах (даже меньше, возможно) от Кремля, прямо рядом с ГУМом.
Стоит памятник в Богоявленском переулке (бывший переулок Блюхера, бывший Куйбышевский проезд). Стоит спиной к одноименному монастырю, одному из самых старинных в Москве. Здесь, собственно, и начиналась их просветительская деятельность в России, которая сопровождалась то гонениями, то наградами и поощрениями.
Зовут этих двух людей братья Лихуды — Иоанникий и Софроний. Греки, ученые люди, из древнего рода (один из их предков — Константин Мономах, если верить книгам) — они прибыли в Россию по приглашению Алексея Михайловича тишайшего и немедленно начали просвещать.
Просвещали они невероятно активно, так как именно Лихуды-то и стояли у истоков Славяно-греко-латинской Академии, то есть первого светского высшего учебного заведения в Москве. Для того-то их сюда и позвали.
Потом из этой академии родился, собственно, Московский университет. Лихуды основали в монастыре типографию, печатали книги (в основном учебники — по грамматике, логике, риторике, богословию, физике, которые же сами же и писали ), учили студентов Академии языкам (греческому, латыни, итальянскому), для своего времени они были широко образованными людьми, поскольку сами получили образование не только в Византии, но и в Италии — Венеции и Падуе. И были, говоря современным языком, докторантами и диссертантами этих уже тогда уважаемых учебных заведений.
Для того времени — то есть для второй половины семнадцатого века — братья вполне могли считаться «академиками», и хотя основные их труды носят исключительно богословский характер («Показания истины», «Мечец» духовный) и были направлены в основном против «ересей» — католичества и протестантства, но их выдающаяся роль в воспитании «первого поколения российских ученых» — Поликарпова, Барсова, Постникова и других, никем не оспаривается.
Почему я об этом памятнике, собственно, заговорил?
Несмотря на огромный вклад Лихудов (Софрония и Иоанникия) в дело российского просвещения, жизнь их на новой Родине не была гладкой — на братьев постоянно писали доносы, против них строили козни, они постоянно попадали в немилость различным царским чиновникам, их ссылали с глаз долой — в очень отдаленные монастыри, и очень надолго: Ипатьевский в Костроме, Солотчинский в Рязани.
Впрочем, и там — как я думаю — братья Лихуды (или Ликуды) времени зря не теряли, а делали все то же самое — писали и редактировали учебники, научные трактаты, печатали книги и учили студентов.
Однако гонения все-таки были. И суть гонений заключалась в том, что братьев подозревали как раз в том, что они являются «иностранными агентами», то есть что-то такое делают нехорошее то ли для Византии, то ли для других иностранных держав.
Памятник воздвигнут в 2009 году, еще при Юрии Лужкове, и как гласит надпись на нем — при поддержке посольства Греции в России. Задуман он, видимо, в знак особых отношений наших двух стран, но как мне кажется, значение его гораздо шире.
У нас в Москве больше известны другие памятники просветителям — изобретателям кириллицы Кириллу и Мефодию (это относительно новый памятник), первопечатнику Ивану Федорову (а это довольно старый, начиная с 1909 года, когда был впервые установлен, он неоднократно переезжал, и похоже, нынешнее его обиталище в Третьяковском проезде тоже не последнее).
Но… несмотря на их очевидно важную роль в нашей культуре — всё-таки первыми авторами и редакторами отечественных учебников для высших учебных заведений были, наверное, как раз вот эти люди, Софроний и Иоанникий.
Ну и одновременно — они же были объявлены первыми иностранными агентами, в том числе и потому, что просвещение в Москве никогда не пользовалось однозначной репутацией у властей.
В общем, выйдите из метро «Площадь революции», если интересно, (но выход не главный, к гостинице «Москва» и Театральной площади — а другой, к Богоявленскому и Никольской улице, бывшей 25 октября) — и сразу увидите Лихудов (Ликудов). Один склонился к плечу другого — сразу видно, братья.
Ну вот, и теперь подойдите поближе, они хоть и иностранные агенты, но давно умерли, и помедитируйте немного, подумайте о том, почему судьба просветителей всегда сопряжена с давлением, испытаниями, гонениями. И с подозрениями, что они «работают против государства».
Может это не только у нас. Но, у нас — особенно.