Дорога под ногами напоминала шершавую гранитную плиту

На нём был изображён ряд скачущих кружочков с косыми палочками внутри и снаружи.

— Два человечка бьют друг друга колёсами? — скептически скривил губы лорд-президент. — А почему тот, лысенький, снизу?

Пифия удивлённо глянула на рисунок и заметила:

— Это галлифрейские письмена, неуч. Тут сказано: «Грядёт гибель Небесных Палат, и несущий её уже здесь».

— Сегодня что-то уж слишком мрачно.

Открылся шестигранный люк, влетел лорд-кастелян, сжимая медальон на груди. Его плащ цвета древнего золота путался под ногами, шлем со стразиками съехал набок.

— Господин, там… Там…

— Где доклад по форме? Почему без спроса врываетесь?

— Простите. Докладываю. В Секторе Ваятелей, на Корсетной аллее, приземлился галлифрейский корабль.

Все онемели.

Главный ваятель нашёлся первым — он исчез. За ним погасли голограммы обеих кормительниц.

— Эй, вас никто не отпускал! — запоздало крикнул лорд-президент и повернулся к лорду-кастеляну:

— Мою парадную лодку! Дюжины охранников хватит. Да… — Он на миг задумался, потом приказал: — Пусть Городская Стража отправит лодку главного ваятеля на штрафстоянку, а то он заграбастает гостей. Хотя — соседи могут свои лодки одолжить, так что со всего квартала соберите. Живо, живо! Вы ещё здесь?!

— Слушаю, лорд-президент.

Через пару секунд в тёмном зале осталась одна Пифия. Она оторвалась от рисования и придирчиво осмотрела эскиз головы симпатичной девушки со вздёрнутым носиком и очень внимательными глазами. Эти глаза словно протыкали вас булавкой, и только от прихоти хозяйки зависело, на какую страницу её альбома вы попадёте — «полезные насекомые» или «вредители».

У девушки были уши.

Захлопнув дверь синей будки, Клара прислонилась к ней, пытаясь отдышаться.

Сейчас Доктор выйдет следом, примется уговаривать, заламывать свои длинные пальцы, рассказывать, как она ему нужна. Сейчас… Через минуту…

Здесь было гораздо теплее, чем внутри; впрочем, галлифреец всегда ворчал, что ему жарко, и настраивал температуру не выше шестнадцати градусов.

Дорога под ногами напоминала шершавую гранитную плиту, ровную и монолитную, насколько хватало взгляда. Вдоль неё вместо деревьев выстроились ветвящиеся розовые кораллы, которые тускло светились — наверное, ночью стоит поглядеть.

Он не шёл.

На зеленоватом небе бродили огоньки; Доктор говорил, здесь купол — значит, это лишь отблески. Кругом высились тонкие башни, закручивались трубы со сверкающими фигурками людей внутри: ага, гуманоиды! Интересно, у них тут есть бутики и салоны красоты? Надо найти.

А то у Клары намечен поход в кафе. С кучкой межзвёздной пыли.

Пожалуй, не стоит заводить детей сразу после замужества: лет пять можно поездить по миру, посетить Монмартр, вулканы Камчатки, китайские Летающие горы. После она, может быть, и согласится на малыша. Ну, максимум — на двух смуглых девчонок, с очаровательными чёрными завитушками и крупными губами, как у папы. Вот если к ним озорника-мальчишку…

Клара прервала себя: это же первое свидание, а уже многодетной матерью стала. Скорее всего, ТАРДИС возникнет у стеклянных дверей кафе за минуту до пяти, и Дэнни Пинк с букетом фиалок увидит встрёпанную училку, которая вываливается из полицейской будки вся помятая, без макияжа, хлопая ресницами разной длины. Да ещё и ноготь отломан! Ничего удивительного, если фиалки окажутся в мусорке, и Монмартр с завитушками — там же.

Нет, так не годится. Кто бы на этой планете ни жил, землянка вытрясет из них пилочку и пузырёк красного лака! Она каталась на русской подводной лодке, побеждала киберлюдей в крупнейшем парке аттракционов галактики, спорила с живым планетоидом на Кольцах Акатена.

Давай, Неклида, попробуй хоть чем-нибудь удивить.

Сжав кулачки, Клара задрала подбородок повыше и шагнула на аллею. С чего начать? Подошла к ближайшему кораллу, осмотрела со всех сторон, потрогала короткие шипики. Прямо перед носом возникла голограмма: нечто фиолетовое, овальное, покрытое мехом и надпись внизу: «киви». ТАРДИС так перевела название местного плода?

Надо же — шутит, даже сломанная.