Гая Белоснежная... Так ее называли уже очень давно, с тех самых пор, когда обычная человеческая девчонка сумела подтвердить прохождение трех основных испытаний сильнейших и удостоилась чести выбрать себе новое имя. Когда-то к ней обращались иначе. Память без промедлений воскресила картины прошлого, вызвав на губах блондинки грустную полуулыбку. Прислуга давно уже удалилась, ознаменовав свой уход тихим перезвоном колокольчика. В большой комнате, освещенной бутонами Минолий*, гостья осталась одна. Нежно-голубое обтягивающее платье подчеркивало ее прекрасные формы, отблески света играли на коже и путались в роскошной гриве волос. Стоя напротив большого зеркала, гая задумчиво водила расческой по длинным прядям. Белым, как снежное поле и сверкающим, как наст на зимнем солнце. Они, словно шелковая шаль, укрывали ее спину и ноги, доходя практически до пола. Бледные щеки не имели никакого намека на румянец, густые ресницы были того же цвета, что и волосы, а в светло-серых глазах, спокойно смотрящих сквозь прорези маски, кружила метель. Одним своим присутствием Белоснежная заставляла окружающих вздрагивать от холода, даже если вокруг стояла жаркая погода. Было в этой женщине что-то отстраненное, неживое, а вернее сказать, неискреннее. Она никогда не выражала явных эмоций на публике, ее улыбка больше походила на тень, а гнев превращал окружающие предметы в ледяные скульптуры. И лишь холодные, как сталь, глаза могли рассказать наиболее внимательным зрителям о том, что творится на душе у нынешней главы Ордена Повелителей Времени. Вот только всматриваться в них отваживались немногие. Даже дети в Тайлаари знали, что сильнейшие умеют растягивать минуты на часы, и действовать с высокой скоростью пока все вокруг едва движется. Лишь этим могущественным магам подчинялись переходы между мирами, которые они с удовольствием открывали для путешественников и торговцев, не забывая взимать с них плату за билет. Сильнейших боялись, уважали и сторонились. Но порой их призывали для разрешения спорных вопросов и устранения конфликтов.
