Как известно, в декабре значительные силы истребителей отвлеклась на ведение разведки в интересах наземного командования. До 10 % боевых вылетов 59-й авиабригады затрачивалось на ведение разведки. Однако в январе этот показатель резко снизился, составив лишь по 20 разведвылетов на каждый полк. Если 25-й ИАП выполнил даже на один разведвылет больше, чем в декабре, то разведывательная деятельность 7-го ИАП сократилась в 5,5 раз, при общем сокращении числа самолетовылетов менее чем в 2 раза.
Несмотря на то, что финские истребители лишь изредка появлялись над «Линией Маннергейма», время от времени им удавалось наносить довольно болезненные удары действовавшим без истребительного прикрытия бомбардировщикам.
Между тем, после провала декабрьского наступления на Карельском перешейке перед командованием ВВС 7-й армии, а затем и ВВС фронта во весь рост встала проблема нехватки разведывательной информации о противнике, особенно о системе его укреплений на перешейке. И истребители решить эту проблему всилу разного рода обстоятельств были не в состоянии, что стало очевидно уже в декабре. Так, по мнению начальника разведотдела штаба ВВС фронта майора Пронина: «Ведение авиаразведки средствами ИА, особенно поля боя, является вынужденной мерой из-за отсутствия соответствующего маневренного и скоростного самолета разведчика и, в условиях боевых действий на СЗфронте, часто давало отрицательнее результаты из-за недостоверности сведений». Кроме того, ситуация на фронте не требовала постоянного наблюдения за перемещениями крупных сил финнов. В условиях статичного фронта вести постоянное наблюдение за перемещениями войск противника насущной необходимости не было, тем более что советское командование не ждало от финнов на этом участке фронта каких-либо активных наступательных действий. Поэтому отвлекать на ведение разведки истребители, у которых и так работы было выше крыши, острой необходимости в принципе не было. Тем не менее, отказаться от использования истребителей в роли разведчиков совсем было пока не возможно. Истребители привлекались главным образом для периодического наблюдения за передвижениями противника в тылу на глубине от 15 до 30 км.