На этот раз Дэн крохоборствовать не стал, и набрал всего, да побольше. Два початка кукурузы, сушеная рыбка, пахлава, напитки – вот это я понимаю: настоящий пляжный отдых. И значительно вкуснее, чем в нашей столовой.
Охранник всё чаще неодобрительно косился в нашу сторону, но я, испытывая его терпение, нарочито не позволяла упасть на песок ничему, что хоть как-то могло сойти за объедки или мусор. Все лишнее упаковывалось в отдельный пакетик, а когда мы покончили с трапезой, Дэн отнес его до ближайшего контейнера под бдительным оком всё того же чувака. Вот куда, спрашивается, он лезет и зачем напрашивается? У него ж не должность, а сплошная профанация. К мелкой шавке, лающей из-под забора, и то больше уважения, чем к такому человеку.
Меж тем мне в голову пришла одна неприятная мысль: а что если мы с Дэном всё-таки не правы? И девушек из страны вывозят именно что контрабандой? Под покровом ночи грузят в моторку, которыми здесь всё побережье заполнено, с лодки в открытом море перегружают на судно побольше, и вперед. И тогда понятно, почему злоумышленники облюбовали именно этот пансионат: с его территории проход на пляж с одной стороны скрыт от глаз глухой стеной административного здания, а с другой – стеной жилого корпуса. И тоже глухой, заметим в скобочках.
Вполголоса сообщив Дэну свои выкладки, я вдруг поняла, что жутко устала. Смешно звучит, понимаю, особенно после нескольких часов бултыхания в море и ничегонеделания на лежаке. Но мои глаза закрывались, хоть спички в них вставляй, поэтому мы споро собрали свои вещи и отправились в номер, где я прикорнула на ближайшей к входу кровати.
Когда проснулась, часы показывали девять вечера, и за окном было темно.
- Ну и здорова ты спать, - весело сообщил напарник. – Тут между прочим шторм налетел. И гроза была такая, что я думал, у нас тут окна повыбивает. А ты на другой бок перевернулась и дальше кемарить.
- Какая гроза? Гонишь!
- А ты выгляни наружу.
Я поднялась. Опочки, асфальт весь мокрый, а лужи такие, будто на него несколько цистерн воды опрокинули. И ветер шумит. Днем на пляже был полный штиль, а сейчас завывает. А вот воздух ничуть не остыл, до сих пор припекает, хотя солнце давно зашло.
Стоп. О чем это я? Это же мне жарко. И больно! Спина так просто огнем полыхает.
Я бросилась в ванную, посмотрелась в зеркало. Итить налево-направо! Физиономия, шея, руки, тело – безобразно розового цвета, как у ошпаренного поросенка.
- Эм, да ты сгорела, похоже, - в дверях появился Дэн, после чего безо всяких церемоний поднес ладонь к моему лбу, - и температура у тебя. Сейчас пороюсь в аптечке, добуду жаропонижающее.
- Не стоит, - отмахнулась я. – Через пару часов само пройдет. А вот что мне со своей шкуркой делать, я не знаю. Печёт очень сильно.
- Вот как чувствовал, в последнюю минуту пантенол с собой захватил, - хмыкнул напарник. – Давай, прими душ, смой с кожи соль, и я тебя обработаю.
Отличный план. Вот только из крана текла холодная вода. Горячей не было вообще. Да и к напору воды у меня были вопросы, потому что и без того хилый ручеек прямо на глазах становился всё тоньше и тоньше. Пришлось мыться как есть. Ощущения… ох, лучше промолчу.
А потом Дэн ласково втирал в меня пенку от ожогов. В другое время я бы наслаждалась каждой минутой этого действа, тем более что лежала на кровати в костюме Евы, а его большие ладони ничуть не стеснялись гладить меня везде, где он считал нужным. Но сегодня все приятные ощущения перевешивала боль. И ведь сама себе злобный дятел. Должна была догадаться, что не стоит в первый же день так долго жариться на пляже, да ещё и без солнцезащитного крема. Напарнику хорошо, у него кожа смуглее моей, плюс он носился туда-сюда, а потом вообще под зонтик залез. А я упорно лежала и изображала из себя игуану на камнях. Так меня достала промозглая столица, что хотелось с запасом согреться. Согрелась!
Поскольку я выспалась, а сидеть в номере не хотелось, я предложила Дэну пройтись по вечернему Джемете. Если что, зонтик у меня с собой, да и в воде мы не растворяемся.
Напарник идею поддержал, а вот зонт предложил оставить.
- Видишь, как тополя ветром гнет? А теперь представь, через сколько секунд твой зонтик вывернется наружу.
Консьержка смотрела очередной сериал. На моё сообщение, что горячую воду отключили, не отрываясь от экрана, махнула рукой в сторону приклеенного скотчем объявления. В объявлении значилось, что горячую воду здесь дают по графику два раза в сутки: с восьми до девяти утра и после обеда. Да что ж за?! Если изначально я думала, что это задание выбил для нас Агаша, то теперь прямо спинным мозгом чую: без Павла Валерьевича, ни дна ему ни покрышки, здесь не обошлось. Наверняка и пансионат этот он лично выбирал.
На улице было весьма свежо. Дождь почти закончился, и мы решили пройтись по проспекту, единственной центральной улице этого поселка.
- Эм, ты как насчет поесть? А то я что-то проголодаться успел.
- А ты на ужин не ходил?
- Нет. Не хотел тебя одну оставлять. Ты ж металась во сне, стонала. Постоянно сбрасывала с себя простыню. Если б я догадался, в чем дело, разбудил бы тебя пораньше.
- Скорее всего, это бы мне не помогло. Так я хоть самую жесть проспала, а проснулась бы, пришлось страдать наяву. Да, давай куда-нибудь зайдем. Заодно посмотрим, как народ здесь по вечерам развлекается.
Кафешек здесь было какое-то невообразимое количество, на любой вкус, цвет и карман. Одно, судя по всему, было центровым, судя по тому, сколько народа сидело внутри, и сколько толпилось вокруг. Мы дружно решили, что сегодня хотим более спокойного отдыха, поэтому выбрали заведение по соседству, достаточно тихое.
Изучив меню, Дэн ткнул пальцем в раздел первых блюд.
- Смотри, у них рассольник есть. Закажи себе, заодно хоть отвяжешься от вкуса тех помоев, которые тебе сегодня на обед принесли.
Я колебалась. Казалось, что теперь мне никогда не избавиться от этого неприятного воспоминания. Но напарник прав. Уж суп в ресторанчике точно должен быть исполнен на высоте. Мы сделали заказ и принялись болтать о всякой ерунде. О работе сейчас и думать не хотелось.
Рассольник подали на деревянной доске-подносе в компании с двумя ломтями хлеба. Я бодро отправила в себя первую ложку…
И, закрывая рот рукой, рванула в сторону туалета, где распростилась с содержимым желудка. Да что ж такое-то! Я понимаю, что меня глючит, но этот суп и суп из пансионата близнецы-братья! Такой же омерзительный вкус.
Перепуганная официантка, которой я по возвращении высказала всё, что думаю о качестве местной кухни, тут же унесла злосчастное блюдо с глаз долой, а потом в качестве комплимента от заведения подала мне борщ. Первым его отхлебнул Дэн, и только после того, как он прошел контроль качества у напарника, я тоже решилась снять пробу. Уф, вот это я понимаю: грамотный кубанский борщ, даже кусок мяса изрядный положили. И сметану в отдельной плошке не забыли поставить.
Уходя, мы не поскупились на щедрые чаевые. Еда у них здесь, конечно, раз на раз не приходится, но вот официантка была на высоте. Так что заслужила.
Вернувшись на территорию пансионата, мы отправились к проходу на пляж. Дружно отметили то, что никакого освещения здесь нет. Случайность или чей-то коварный расчет? Подошли к кромке воды. Слева виднелась залитая светом Анапа, справа еле различимо поблескивали огоньки Благовещенской.
- Проход на пляж закрыт! – вдруг раздался за спиной противный мужской голос.
Мы обернулись. Так и есть, наш «любимый» охранник бдит.
- Что-то я никакого шлагбаума не видела. Да и забора здесь тоже нет. А это значит, что кто-то гонит.
- Запрещено находиться на пляже в темное время суток! – тут же нашелся охранник.
- Кто сказал?
- Администрация пансионата. Вы в воду полезете, потом ищи вас, спасай.
- Мы не собираемся купаться. Да и как-то глупо делать это в джинсах.
- Уходите. Иначе я буду вынужден принять меры.
Я бы могла скрутить этого настырного типа за пять секунд, но Дэн предупредительно дернул меня за рукав ветровки, и, извиняясь, сказал:
- Хорошо-хорошо, мы первый день здесь, просто не знали.
После чего покинули оказавшийся таким негостеприимным пляж. Нам с напарником очень многое следовало немедленно обсудить.
Команда: дело 103. Смерть в дюнах. Часть 4
Начало
#седлова #юмор #детектив #приключения #рассказы