Алексей никогда не думал, что может так быстро бегать. Впрочем, он вообще не подозревал о своей способности к бегу. -- Стой, на! Сердце встрепыхнулось по-заячьи, спину полоснули ледяные когти. Оглядываться уже не хватило смелости, и так ясно -- преследователи близко. Невысокую оградку детской площадки Алексей перемахнул с легкостью лани, хотя еще вчера из-за компьютера вставал с кряхтением. Едва не упал на вязком песке, лишь чудом удержал равновесие. И -- снова бежать! Бежать как можно быстрее от этого первобытного страха перед дракой, перед уличными хищниками, вздумавшими обратить пустые взоры на него.
Людей как назло почти нет -- середина рабочего дня, и плавленая августовским солнцем Москва сидит в офисах. Надеяться не на кого... Пробежать насквозь парковку, петляя меж автомобилей, что поставлены в три ряда и на газоне; и под гулкие шлепки сандалий помчаться вдоль дома. Открытая дверь одного из подъездов многоэтажки показалась благословлением небес. Инстинкт тут же рванул за воротник, буквально потащил туда. Задыхающийся, Алексей ворвался в сухую прохладу подъезда. Не снижая темпа, вознесся на четвертый этаж. И только там позволил себе влипнуть в грязную стену, стечь размазней, жадно ловя распахнутым ртом воздух. Пока пытался отдышаться, сам не заметил, как трясущиеся от страха пальцы юркнули в сумку-почтальон: usb-провода, наладонник с антенной усилителем, упаковка раздавленного до крошек печенья, какой-то хлам... сердце сжалось до размеров грецкого ореха! -- Где?!. -- беззвучно закричал Алексей. Когда пальцы, наконец, обвили заветный футляр, Алексей чуть не расплакался. На месте! Не потерял! Вдруг в странном шуме Алексей с трудом узнал топот. С недоверием прислушался: так и есть! Они, снова они! Судорожный ток мыслей изменился. Привычные в стрессовой ситуации "как это могло произойти?", "почему я?!" или "вот вляпался!" растворились. Вместе со вкусом ледяного свинца на языке пришло знание: дом не знакомый, тут не к кому бежать, а значит, -- это конец. Его загнали. Загнали!
Эта мысль чудовищно выматывала, била под колени. Однако Алексей продолжал бежать. Он уже не слышал преследователей, -- только свой хрип из схваченных спазмом легких. Продираясь сквозь пелену перед глазами, перескакивал со ступени на ступень. То ли от недостатка кислорода, то ли от мелькающих этажей закружилась голова. В промежутке между девятым и десятым этажами он остановился. Судорожно вцепившись в облезлые перила, Алексей задержал дыхание. Несколько мгновений слышал только бой собственного сердца, потом в воздухе, наполненном запахом хлорки, различил торопливые шлепки шагов.