Йезад представил Джала Дейзи: — Мой шурин.

Йезад представил Джала Дейзи:
   — Мой шурин.
   — Какая прелестная вещь, — сказал Джал, пожимая ей руку, — я вам так благодарен за то, что вы играете для папы.
   — Не благодарите, это радость для меня.
   Дейзи простилась, напомнив Роксане, что готова прийти и завтра — пусть Джехангир позовет ее, когда нужно.
   — Какая милая, — сказал Джал после ее ухода. — Она замужем?
   — Нет, — усмехнулся Йезад, — хочешь, мы тебя сосватаем?
   — Ну что ты, — покраснел Джал. — Как папа?
   — Мне кажется, хуже, — ответила Роксана, — у него речь затруднена.
   Джал сник. На цыпочках прошел в соседнюю комнату.
   — Он сильно похудел с последнего раза, когда я видел его. Кожа и кости.
   — Доктор говорит, началась быстрая атрофия мышц. Садись.
   Роксана указала на кровать, справилась, как дела дома.
   Джал присел на край кровати и, поигрывая уголком простыни, стал было говорить, что Куми в порядке и дома все хорошо, но не выдержал.
   — Ужас, что творится, и я просто не знаю, что мне делать! Этот идиот Эдуль без толку колотит молотком по потолку. А Куми не желает торопить его. Мол, если его толкать в спину, так потом потолки могут обвалиться.
   — В этом есть резон, — милосердно согласилась Роксана.
   — И мы знаем этот ее резон, — отрезал Йезад.
   — Я так надеялся, что он за несколько дней оштукатурит потолки и папа сможет вернуться домой, — в отчаянии говорил Джал. — Но такими темпами этот дурак еще два месяца провозится со своим молотком!
   — Вряд ли мы можем помочь, — сухо сказал Йезад.
   — Но все это несправедливо, у вас тут такая теснота. На бедную Рокси навалилось столько работы. Плюс лекарства и другие траты…
   Он вытащил из кармана конверт и, не зная, кому вручить его, стал расправлять замявшиеся уголки.
   — Я… это на расходы…
   Роксана открыла конверт и показала Йезаду его содержимое.
   — Куми знает об этом? — мягко, чтобы не обидеть брата, спросила она.
   — Это и мои деньги, не только ее. И я не нуждаюсь в ее разрешении. Имею право сделать папе подарок, если хочу.
   Йезад поощрительно улыбнулся, но в тот же миг представил себе, что ждет Джала, и протянул ему конверт:
   — Ты уверен, Джал? Куми ведь расстроится.