Перед молитвой, которая читалась в конце уроков, мисс Альварес подозвала Джехангира к своему столу.

Перед молитвой, которая читалась в конце уроков, мисс Альварес подозвала Джехангира к своему столу. Она вручила ему конверт, от которого пахло ее духами. У него тряслись коленки, пока он возвращался на место и прятал его в школьную сумку.
   Мальчики-католики закрывали глаза и крестились, кое-кто из других равнодушно повторял их движения, остальные чинно сложили ладони перед грудью.
   «Благодарим тебя, Всемогущий боже…» — монотонно забормотал класс.
   Джехангира так трясло, что он забыл слова, которые каждый день повторял. Он сразу догадался, о чем записка. Только об одном. Учительница сказала: передай, пожалуйста, родителям. И голос у нее был печальный. Хорошо, пробормотал он.
   Но маме он записку не отдал. Решил подождать — и правильно сделал, потому что отец вернулся в хорошем расположении духа, значит, и у нее будет хорошее настроение. Страшно подумать, что было бы, если б отец вернулся как в тот день, когда он грозился маму связать. Джехангир протянул отцу запечатанный конверт.
   — Что это?
   — От мисс Альварес.
   — В чем дело?
   — Открой и прочитай, Йездаа, — сказала ему мама как маленькому. — Наверное, наш Джехангу опять лучше всех сочинение написал. Или еще что-то.
   Он отвернулся к балкону, пряча лицо. Отец разорвал конверт и прочел вслух:
   — «Дорогие мистер и миссис Ченой!
   Я буду благодарна, если кто-нибудь из вас сможет завтра повидать меня. Помимо обычных учебных часов (с 8.00 до 16.30) я еще час буду находиться в школе.
   Прошу извинения за причиняемое неудобство.
   Искренне ваша,
   Хелен Альварес.
   Классный руководитель IV “А”».
   — Зачем она нас приглашает, Джехангу? — спросила мама.
   — Не знаю.
   — Ты ничего не скрываешь?
   — Ничего.
   — Так ты сходишь в школу? — спросил отец.
   — Как я могу? А кто с папой останется?
   Отец вздохнул и сказал, чтобы Джехангир передал учительнице, что придет в четыре тридцать.
   …Каблучки мисс Альварес громко простучали по пустому классу, когда она сошла со своего возвышения и протянула ему руку.
   — Прошу прощения, что оторвала вас от дел, мистер Ченой, но вопрос весьма серьезный.