Но на УЗИ (после семи лет бездетности и наконец-то предложенной гормональной терапии, зато уж – ура-ура! – все-таки с первого раза) мне и сказали то самое:
«Похоже, их тут четыре!»
И, сползая с гинекологического кресла, я одновременно пересекла черту между прошлым и будущим.
Передо мной зиял разлом между разными кусками реальности, соединить которые уже не могли никакие мосты.
И я зажмурилась и приготовилась прыгать.
* * *
Хотя нет, мост все-таки был.
И врач тут же потащил меня обратно, предложив то, что называется редукцией.
Термин этот, конечно, изначально не медицинский. Более того, в Википедии, например, вы вообще его не найдете в этом смысле. Зато найдете во множестве других. Публикую выборочно:
Редукция в логике и математике – логико-методологический прием сведения сложного к простому.
Редукция в химии – восстановление из оксида, раскисление, процесс, противоположный окислению.
Редукция в биологии – развитие, ведущее к упрощению строения организма.
Редукция в технике – сокращение, уменьшение силы движения, напряжения.
Редукция в механике – понижение или повышение числа оборотов механизма с целью привести обороты к требуемым; коробка передач автомобиля.
Редукция в гидродинамике – понижение и стабилизация давления жидкости.
Редукция – ослабление звучания гласных в безударном положении.
Синтаксическая редукция – выпадение из логически развернутых конструкций избыточных словесных компонентов и синтаксическое объединение оставшихся при полном сохранении семантико-синтаксического значения исходных структур.
Редукция предков в генеалогии – уменьшение количества предков по причине вступления в брак между собой дальних родственников.
Ну и так далее и тому подобное. И, в общем, вы поняли.
Мне предложили уничтожить часть эмбрионов, разыграв их шансы пятьдесят на пятьдесят.
Сегодня, когда я смотрю на свою пятерню и думаю о том, что тогда могла принять неверное решение, мне становится страшно.
Я спрашиваю себя: кого, кого из них сейчас могло бы не быть?
Вот этого, со смешными ушами, торчащими из головы под углом 45 градусов?
Вот этой, которая никогда в жизни не плакала и даже из колыбели только смотрела внимательными и строгими глазами?
Вот этого, который может с ходу сыграть на гитаре любую мелодию, даже если услышал ее в первый раз в жизни?
Вот эту, которая самозабвенно строит многоэтажный торт на радость остальным?
Вот этого, который всегда знает, как правильно?
Впрочем, я ведь уже тогда это понимала.
Еще не зная, что, сидя в израильском кинотеатре, где в каждом ряду по 13–15 мест, мы будем занимать полряда.