Овсяная, пшенная, гречневая, рисовая, перловая, манная, пшеничная, гороховая... Из цельного зерна, из хлопьев. На воде, на молоке. С маслом, без соли, с сахаром.
Катерина Григорьевна любила их все. Познавшая голод, пережившая войну, в раннем возрасте потерявшая близких, она съедала эту простую пищу каждое утро с благоговением.
Ее детство прошло в детском доме. Туда она попала после того, как солдаты нашли ее в выжженной деревне. Мать спрятала Катю в печке, велела сидеть тихо. Шестилетняя девочка спаслась. Кроме нее никто из деревни не выжил...
В детском доме было не сладко. Еды не хватало. Нянечки старались унести домой для своих. Старшие детдомовцы отбирали у младших.
После детдома Катерина отучилась на швею. Сняла комнату у вдовы покойного профессора, за заслуги которого одинокую старушку оставили в трёхкомнатной сталинке после того, как ученого не стало.
Хозяйку звали Екатериной Владимировной. Так две тёзки стали жить вместе. Девушка старушке нравилась. Своих детей у Екатерины старшей было двое близняшек. Малышей она похоронила одного за другим. Дети не дожили до трёх лет. Катя младшая удивительно походила на Катю старшую.
Екатерина Владимировна относилась к квартирантке с нежностью. Старушка встречала ее каждое утро с тарелкой каши на столе, объясняя это тем, что если не позавтракать, весь день пройдет впустую. Поначалу девушка стеснялась принимать заботу одинокой женщины. Спустя несколько месяцев, две Кати привыкли друг к другу. Младшая весь день работала на фабрике. Старшая ждала дома...
Пять лет они прожили вместе. А потом Катя младшая вышла замуж. Екатерина Владимировна настояла, чтобы молодые жили с ней. Через год после свадьбы у Кати родились близнецы. Екатерина Владимировна прописала всех к себе, объяснив это тем, что ей некому все оставить. И каждое утро в этой семье варили на завтрак кашу. Овсяную, пшенную, перловую, манную, пшеничную, гороховую... На воде, на молоке. С маслом, без соли, с сахаром.
Екатерина Владимировна прожила с Катей и ее семьёй 37 лет. Помогла вырастить близнецов. Те называли ее бабушкой. Даже с внуками Кати успела понянчиться.
После того, как не стало Екатерины Владимировны, семья Кати осталась в сталинке. Каждое утро они готовили кашу. Съедали ее и вспоминали добрую старушку, ставшую им матерью и бабушкой.