Речь о самом раннем партийном прозвище Иосифа Джугашвили. Выяснилось, что он достал это имя из романа А. Казбеги «Отцеубийца». Может, он олицетворял себя с отцеубийцей, лихо покончившим с собственным родителем? Нет. Дело-то совсем в другом. Да и книга не про это.
Автор упомянутой повести скончался в 1893 г. А. Казбеги писал про кровавую драму. Со временем стал популярным писателем. Книга вышла ещё в 1882 г., когда СосоДжугашвили было всего 4 года. А ко времени, когда наш герой стал семинаристом, вообще оказалась бестселлером. Вместо святого писания будущий большевик предпочитал изучать сюжет этой истории. Томик был внушительным по объёму – оттого дорого стоил. Семинарист не потянул бы его по деньгам – читал прямо в нескольких книжных магазинах, простаивая в каждом по чуть-чуть…
А вскоре вообще понял, что участь святоши совсем не для него. Куда привлекательнее выглядел образ борца. Смельчака, знаменитости… В общем, речь о настоящем герое. Иосиф хотел им стать.
Коба был олицетворением мести как таковой
Коба – герой романтичной трагедии, наиболее типичной именно для XIX столетия и декорированной сельским колоритом Центрального Закавказья.
Юную Нуну заставляют насильно выйти замуж за малознакомого человека – родного брата «продажного» (пророссийски настроенного) есаула Гиргола. Этот человек держит в заложниках друга главного героя. Иаго. Сам центральный типаж влюблён в лучшую подругу Нуну. Так ему и становится известным горе «невесты».
Гиргола в ходе пылких угроз повысил на Нуну голос. Отважный парень услышал это и подлетел к группе говорящих (несмотря на то, что собирался на охоту, а не на разборки). Центральный персонаж обозвал Гирголу «бабой» и пообещал расправиться с ним, если он не оставит Нуну в покое. Но злодей был в окружении верных ему осетин. Начинается потасовка, в ходе которой один из них погибает.
Теперь Коба – изгнанник. Но при этом навещает Иаго и даже устраивает тому побег. Они берут с собой и Нуну. Однако Иаго в ходе приключений становится абреком и погибает во время одного налёта. Связанного со сражением с шайкой Гирголы. Коба мстит за своего побратима, протыкая кинжалом Гирголу.
Будущий Сталин обожествлял его за этот поступок. Для него он стал Сверхчеловеком – прямо как для Ницше идеалом стал герой его собственного произведения «Так говорил Заратуштра».
Будущий Сталин по природе романтик-налётчик
Джугашвили связал свою судьбу с налётами на представителей царской власти (РСДРП нужно было собрать как можно больше боевиков). Нрав благородных зверей, хорошо прописанный в произведении Казбеги – вот норма поведения И. Д.
Глубокий национализм (в данном случае грузинский) – вот главная канва книги. Это как раз то, о чем и размышлял расстрига Джугашвили. Гиргола – олицетворение царской России. Он служил ей. Нашёлся эпический джигит-герой, кто с ним, наконец, расправился. Осуществил месть за близких.
К слову, Наполеон (на самом-то деле Науполеоне) начинал карьеру внутри французской империи как итальянский сепаратист. Мстил за товарищей по борьбе… А потом вдруг решил поменять строй во всей сначала «вражеской» ему империи. Да что говорить – так со многими диктаторами было…
Мистическая похлёбкинская версия
Уильям Похлебкин в исследовании «Великий псевдоним» приводит свою версию первоначального сталинского «ника». На церковнославянском «коба» якобы «волховство». Был даже царь-волшебник КОБАдес, первым из грузинских правителей перенёсший свою резиденцию в Тбилиси. К слову, монарх тот был совсем не местного рода – являлся Сасанидом по крови.
В заключение скажу одно. Какую бы причину мы не узрели в первом псевдониме, Джугашвили в итоге понял, что он стал для него «несерьёзным», и взял другой – под которым он нам и известен.
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые публикации.
#сталин #эпоха сталинизма #история россии #советский союз