Есть один фильм, и там такая сцена - главный герой падает в шахту (после длительных испытаний), еще не понял, что у него сломано, а что нет, а ему по рации вещают:
- Давай бегом выбирайся оттуда, через пять минут все взорвется!
А он смотрит в потолок и отвечает:
- Да нет, я, пожалуй, тут полежу, глядишь, оно само как-нибудь рассосётся…
Там, конечно, не прокатило, но в жизни бывает прокатывает. Этот диалог напомнил мне подтверждающий сюжетец из собственного прошлого.
Я уже писала про свои кулинарные припадки, что если уж взялась, то все должно быть широкомасштабно, даже на пятиметровой кухне (ничто не остановит летящий лом). Было дело, прислала мне мама по случаю из деревни огурцов, в промышленных количествах. И вот я сижу, в руках у меня – бумажка с рецептом засолки, а в глазах – безысходность и тоска. Но что же делать, надо пробовать. И я попробовала. Двадцать трехлитровых банок зараз, на пробу – получится ли у меня.
Не, ну а что – все же по рецепту, чего там бояться-то. Испортить по рецепту это надо ещё постараться. Но оказалось, что я способная. Собственно, день убит, двадцать баночек стоят бочок к бочку и ждут, когда я все их с третьего этажа без лифта оттащу к сарайке и спущу там в погреб. Вечерний фитнес, и гантели не нужны, все как я люблю. Когда все было сделано, отзвонилась маме, какая я молодец, и чего стращала, там делов-то, тьфу!
Проходит время, нас накрывает острое желание отведать оливье, и я торжественно лезу в погреб за заветными огурцами. Гордость распирает, хозяюшка, дескать, и до собственных солений доросла, ай да я, ай да молодец! Выглядят огурчики в баночке вполне себе так прилично. Но оказалось, что это как саркофаг – пока ты его не открыл, мумия ещё как-то ничего, но при взаимодействии с кислородом рассыпается в прах. Так и мои огурчики – при попытке ухватить за жопку почему-то все распались на молекулы. То есть я не преувеличиваю, буквально зеленый кисель в банке. Как сопли. Трёхлитровая банка с соплями.
Звонок другу. Мама говорит – не переживай, если огурчики не крепенькие получились, то можно пустить их на салат, в салате же не видно. Пришлось долго объяснять ей, что это просто зеленая жижа, как говорится, ни в салат, ни в компот. Что там не зашло, мы так и не поняли, вероятно я их просто сварила, от усердия стерилизуя банки с огурцами не по 1-3 минутки или сколько там надо, а прям от души так.
А потом приходит понимание: чтоб ликвидировать это все, мне надо организовать целый комплекс мероприятий: оставшиеся 19 банок поднять из погреба на 3 этаж без лифта, вытряхнуть это все в раковину, т.к. хрен и укроп в отличном состоянии и засорят унитаз. Потом мне банки все намыть и унести чистыми опять в сарайку, а те трупики огурцов, что как-то сохранили очертания, в ведро и спустить опять же на помойку с 3 этажа. Просто так банки не выкинуть вместе с огурцами из погреба, за это у нас смертная казнь (от маменьки).
И это мероприятие по ликвидации собственного позора я откладывала до последнего, тянула, как могла. Обычно я решаю сразу все неприятности, быстрее сядешь – быстрее выйдешь. А тут всё оттягивала, как сердце чувствовало.
В один прекрасный день стучит соседка в дверь и сообщает, что у всего дома вскрыли ночью сарайки и поживились как следует. Даже следы на снегу видно от санок, на санках вывозили добро. Украли у кого чего, а из моей – старый велик сына и … 19 банок с огурцами.
Ржали мы два дня и две ночи. Я бы все отдала, чтоб посмотреть на лица воришек в тот момент, как они достают (пытаются) самый первый огурчик, после того как мучительно перетаскали все эти тяжести. И как они меня ласково хозяюшкой называют при этом, когда выясняется, что все 19 банок такие, без исключения (партия-то одна).
А мне что – мне замечательно. И мама не расстреляет за банки – не виноватая я. И ликвидировать ничего не пришлось.
Нас все время учили – проблемы надо решать, никто за тебя не сделает. И это верно, но видимо иногда нужно отпустить ситуацию и ничего не делать. Дать время. Глядишь, оно само как-нибудь рассосётся.