О «русской шаманке» Фёкле Бережновой в Среднеколымске слышали практически все. Это реальная девушка, сведения о которой сохранены в архивах: родилась в 1777 году, утонула 10 декабря 1796 года, то есть прожила всего 19 лет. В нашей семье о Фёкле знали не понаслышке, встреча с ней стала роковой для одного из старших братьев моего отца – Романа (история здесь). Именно из-за неё папа не хотел, чтобы мы с сестрой бывали на его родине, говорил что-то вроде «береженого Бог бережет», только на родном языке. Всё, о чём я пишу, восстанавливала по памяти из рассказов дяди Прокопия, а он рассказывал о Фёкле часто и много…
Среднеколымск, 1993 год
Языки пламени весело скакали, пожирая не только само деревянное здание, но и всё, что там хранилось – весь архив с 1976 года. Пожарные тушили огонь только для того, чтобы он не перекинулся на другие дома. Спасать было уже нечего. В толпе зевак, сбежавшихся поглазеть на пожар, словно легкий ветерок, скользило только одно слово, вернее, имя – Фёкла.
История повторялась через 17 лет – снова горело здание прокуратуры…
Зырянка, 1973 год
- Проклятая зима, - Сашка смотрел в окно на густой туман, похожий на молоко, - Третий месяц здесь, а всё никак не привыкну. И как только ты не мерзнешь, а, Мотя?
- Фигня вопрос, - Матвей криво усмехнулся, - Привычный уже. Но если ты меня еще хоть раз назовешь Мотей, ребра пересчитаю, не посмотрю, что брат.
- Ладно, Матюха, не сердись, - Сашка примирительно положил руку брату на плечо, - Лучше расскажи, что придумал.
Матвей угодил в эти места не по доброй воле, а по приговору суда. Оттрубил от звонка до звонка, а после отсидки решил домой не возвращаться. Вскоре прибился к старателям, добывавшим золото в Магаданской области, да так и прижился.
Основную часть намытого золота сдавали государству, но довольно существенный кусок, который удавалось утаить от надзорных органов, шёл в совсем другой карман. Золотая мафия существовала на Колыме с 1930-х и, несмотря на суровые условия, вполне успешно функционировала. Заправляли делами в основном выходцы из Чечено-Ингушской АССР, которых в народе метко прозвали «Ингушзолото». И если государство можно было легко обмануть, то пойти в обход этих бородатых ребят рискнули бы только самые отчаянные.
Матвей оказался одним из таких, считал себя умнее и хитрее многих. Но донесли свои же. Били его долго и сильно, в живых остался лишь по счастливой, как ему казалось, случайности. Пока лежал в Сусумане на больничной койке, много чего передумал. Соседом по палате оказался парень-якут, такой же избитый бедолага по имени Федот. Когда смог говорить, начал рассказывать о своей родине, о различных чудесах и великих шаманах:
- Мы тут спины гнём, надрываемся, а шаманы могли любое дерево в золото превратить. Не веришь? Вот, смотри, - Федот показал ошарашенному Матвею небольшой самородок, висящий на кожаном шнурке на тонкой шее, - Думаешь, откуда? А это из шаманской могилы! Их хоронили в гробах, полных золота.
Что творилось в голове Федота? Никогда такого не было, чтобы в гроб якутских шаманов клали золото, да и вообще, ничего, кроме оружия. Даже шаманскую атрибутику и ту передавали по наследству или семье, или следующему шаману. Может, просто хотел прихвастнуть, может, и правда, верил, кто знает? Но так или иначе, Матвею пришла в голову мысль: зачем надрываться, мыть золото, не разгибая спины целый сезон, когда оно всё равно уйдет или в официальное «Магаданзолото» или неофициальное, ингушское, когда можно просто вскрывать шаманские могилы? В сверхъестественное он не верил, а вот в золото в гробах – вполне себе. Да и самородок на шее Федота казался ему вполне серьезным аргументом.
Но идти на дело вдвоем, а Федота он собирался взять в компаньоны, это дело смутное, нужен еще хотя бы один напарник. Но где взять надежного, который не ударит в спину в самый неподходящий момент? И тогда он вспомнил о Сашке.
Когда Матвея посадили, младшему брату было всего 16. Сейчас же парню уже скоро 25, и мать стала жаловаться, что зарабатывает копейки, на жизнь не хватает. И вот, три месяца назад Сашка прилетел по вызову старшего брата, уже не в Сусуман, а в Зырянку, районный центр Верхней Колымы.
Задачей Федота было разузнавать у местных о шаманских захоронениях. Таковых оказалось немного, старики крепко держали язык за зубами. Но хорошо подвешенный язык парнишки плюс пара бутылок водки делали чёрное дело. Вскоре Федот сообщил о захоронении недалеко от села Нелемное…
Удача в тот раз улыбнулась гробокопателям. В разрытом захоронении действительно нашлись кое-какие ценности и жестяная банка, полная монет, правда не золотых, а серебряных. Могила, как оказалось, принадлежала вовсе не шаману, а улусному князьку, но для Матвея и Сашки разницы не было. Федот же, переводя с якутского, явно всё переиначивал по-своему.
Первая успешная попытка воодушевила авантюристов. Федот продолжал спаивать стариков, Сашку же Матвей отправил в районный музей.
За год удалось вскрыть еще несколько могил. Где везло, где не очень, но Матвей не унывал: нужно найти такое захоронение, добыча из которого разом перекроет все неудачи. И вот, как-то, разговаривая с работницей музея, весьма милой девушкой, Сашка и услышал это имя - Фёкла…
- Представляешь, шаманка! Баба! Значит, явно украшений много, это мужиков скромно хоронили, а бабу по любому с цацками закопали, они ж такие, в могилу заберут, но своего не отдадут!
Сашкино воодушевление передалось и Матвею с Федотом. Причём последний сразу забормотал:
- Конечно, Фёкла! Удаганка! Как я мог забыть! Только это далеко отсюда, в соседнем районе…
- Ничего, добрались до Зырянки, доберемся и туда.
Вскоре они украли моторную лодку и направились вниз по реке…
Аргахтах, 1975 год
До Аргахтаха добрались зимой 1975-го. В Среднеколымске, куда они поначалу прибыли, долго слонялись без дела – до нужного пункта назначения дорог не было, незнаючи мест, запросто можно было сгинуть. Вскоре прибились к работягам, шабашившим на строительстве коровников и прочих постройках сельхозназначения. Федот, переговорив с бригадиром, обрадованно сообщил:
- Зимник откроют, они как раз в Аргахтах отправляются, там у них договор с директором совхоза. Мужики не против, если и мы поучаствуем.
На том и порешили.
Оказавшись на месте, приниматься за чёрные дела не спешили, решив сперва осмотреться. Да и зима на дворе, особо не покопаешь, нужно ждать лета…
Федот и Сашка были парни молодые, симпатичные. Немудрено, что вскоре у них завелись в селе зазнобы – Майя привечала Федю, Варя кокетливо улыбалась Сашке. Матвей только посмеивался, дело молодое, пусть потешатся. Оставаться в этих краях он не собирался.
Обе девушки были комсомолками, Майя работала в районной газете, совмещала работу журналиста и фотографа, Варя была фельдшером, лечившим местных жителей.
- Вы все силы на шуры-муры не тратьте, о главном не забывайте, - поучал парней Матвей, - Расспрашивайте между делом про шаманку-то.
Как-то Варя пригласила Сашку на обед. Парень впервые пришёл домой к девушке, встречались они больше в сельском клубе или медицинском пункте. Ему понравилось, дом большой, основательный, в нём чувствовалась крепкая хозяйственная рука, да и вообще – полная чаша, на стенах ковры, а на тумбочке телевизор (напомню, 1975 год). А когда стали подавать обед, Сашка и вовсе обмер, увидев серебряные приборы. При этом Варины родные вели себя так, будто и не замечают такого богатства!
За столом разговорились, парень охотно отвечал на вопросы, честно или нет – это уже дело третье. Наконец, разговор зашёл о фамилиях. Бабушка сказала:
- Варваре фамилию менять не дадим, мы Бережновы, наши предки пришли сюда вместе с первопроходцами, живем тут уже не первую сотню лет. Фамилия известная, уважаемая.
Сашке было по большому счёту всё равно, жениться он не собирался, потому спросил просто так, для проформы:
- А чем знаменита ваша фамилия?
- Да ты что! – всплеснула руками старушка, - Понимаю, что приезжий, но неужели не слышал про шаманку Фёклу?
У парня внутри всё перевернулось, и он обратился в слух:
- Фёклу? Слышал что-то, но так, мельком. А кто она вам?
- Родственница, прямая. Фёкла тоже была Бережнова, их, детей, было 18 душ. Так что мы её прямые потомки, понял?
- Понял, - Сашка во все глаза смотрел на Варину бабушку, позабыв о самой девушке, - А расскажете мне о ней?
- Да, зря ты это сказал! – Варя рассмеялась, - Теперь тебя бабушка в покое не оставит, любит она о Фёкле рассказывать!
Целый месяц ходил Сашка к Вариной бабушке, слушал рассказы и уточнял:
- Неужели крест золотой? Даже не верится! Где, говорите, похоронена? В сторону Сватая? Да, знаю, ездили недавно…
Варя сердилась:
- Такое ощущение, что тебе с бабушкой интереснее! Смотри, Сашка, скоро я тебя ревновать к этой мёртвой шаманке буду!
Матвей же ликовал, какая удача! Да эта дура Варя им всё на блюдечке преподнесла, где похоронена Фёкла и как туда добраться. А если еще и бабка не соврала про золото… Ведь рассказал же Сашка о серебряных вилках-ложках в доме Вари, значит, богатая была семья. Это ж можно больше не скитаться по этим краям, вернуться домой, на Белгородчину, семью завести и жить припеваючи!
Тем временем, у Федота с Майей дела складывались еще лучше. Парень предложил выйти за него замуж, девушка согласилась, так что разговоры о свадьбе в их случае были настоящими. В один из вечеров Федот проболтался:
- Хотим могилу Фёклы разрыть.
Майя почему-то не удивилась:
- Меня с собой возьмите! Я же журналистка, очень мне интересно. Феденька, ну замолви за меня словечко!
Матвей рассердился:
- Ну и какого хрена ты ей всё выболтал? А если проговорится?
- Нет, ты что? Она ведь не знает, что нас интересует золото, она думает, что просто так…
- Фиг с вами, пусть идет, - Матвей немного успокоился, - Только берешь всю ответственность на себя!
И вот пришло короткое колымское лето с белыми ночами. Земля немного отошла, и в один из дней Матвей решил: пора!
Выдвинулись впятером, ревнивая Варя тоже напросилась:
- Я дорогу покажу. А иначе всё бабушке расскажу!
Добрались довольно быстро, часа за два, может чуть больше. Могила с православным крестом немного смутила:
- Крест?!
Майя авторитетно заявила:
- Так она крещеная была, как без креста-то?
Неподалеку располагался старый дом, вросший в землю.
- Так, девушки, вы приберитесь пока, нам же ночевать там придется. А мы начнем копать, вас позовем, когда закончим.
Матвею было плевать, чисто ли будет там, где он заснет, ему нужно было удалить этих двух дур, чтобы не видели найденное золото.
Работали молча, изредка останавливаясь утереть пот. Земля была на удивление мягкая, даже не скажешь, что вечная мерзлота. И вот лопата ударилась обо что-то твёрдое…
Крышку ящика, служившего гробом, открыли легко и тут же замерли: девушка в гробу лежала, совершенно не тронутая временем, даже легкий румянец на щеках присутствовал.
- Ого, - незаметно подошедшая Майя достала фотоаппарат, - А я думала, это сказки!
- Красивая, - вздохнула Варя, следовавшая за подругой, и тут же заявила Сашке, - Не смотри на неё! Ишь!
А Матвея начинала переполнять дикая злоба: в гробу, кроме тела, ничего не было, никакого намёка на золото. Да еще и эти две безмозглые курицы, одна фотографирует для газеты, вторая ревнует к покойнице! Он шагнул к гробу и взял лежавшую там девушку за волосы.
- Что вы делаете? – возмутилась Майя, - Зачем?
- Тебя спросить забыл, - огрызнулся Матвей, - Может, это не она вовсе?
- Она! – Варя брезгливо смотрела на тело, вытащенное из гроба, - Тут до других могил далеко!
Матвей в последней надежде, что украшения могут быть на теле девушки, содрал с неё белое одеяние. На груди обнаружился только медный крестик…
- Хоть сфотографируй меня с ней, что ли! – злобно рявкнул он Майе, - На стенку повешу и подпишу «Утраченные иллюзии»!
Окончание истории здесь