Глава 4
Мельком пролистав записную книжку покойного мужа, Зоя Соломоновна достала вторую. Аккуратный во всём Яков Моисеевич телефоны друзей и сослуживцев записывал как попало и где придётся. Записав порядок цифр один раз на обрывке газеты или на салфетке, он запоминал их навсегда. Найти нужный телефонный номер через двенадцать лет после его смерти, всё равно, что найти записку “Купи хлеба”.
Набрав два пакета ценного мусора, и так и найдя нужного номера телефона, Зоя Соломоновна отправилась туда, где есть ответы на все вопросы — в библиотеку.
— “Вечерний город” за какой год? Нет. Такие издания дольше трёх лет не хранятся. Но телефон редакции я вам найду. Подождите пять минут. — Библиотекарь, тяжело опираясь на стол, поднялась со стула и медленно, шаркая изношенными туфлями, направилась к двери. Через пятнадцать минут старушка вернулась с номером телефона и адресом редакции.
***
Вежливый голос сообщил Зое Соломоновне, что у газеты теперь новый главный редактор, а прежний давно на пенсии, уж лет десять. Кажется жив. Домашний телефон дать не можем, извините.
— Послушайте, голубушка, у меня к вам просьба. Дело в том, что Давид Львович и мой покойный муж были дружны. Не могли бы вы позвонить ему и сообщить, что Герц Зоя Соломо… Алло! Алло!... Наверное что-то на линии.
Зоя Соломоновна набрала номер редакции ещё раз. — Простите, нас прервали… Алло!
В третий раз вежливый голос уведомил пожилую назойливую женщину, что в редакции и без её просьб голова кругом, и не могла ли она быть так любезна, — прекратить им названивать.
Зоя Соломоновна посмотрела на часы — должна успеть.
— Добрый день.
Вахтёрша редакции газеты “Вечерний город”, примерно одного с Зоей Соломоновной возраста, вздрогнула и испуганно заморгала на старомодно, но весьма изысканно одетую даму. Эту брошку она точно видела раньше.
— Добрый день. Разрешите представиться. Меня зовут Герц Зоя Соломоновна. Я разыскиваю Угодникова Давида Львовича. Дело в том, что мой муж…
— Господи! Зоечка Соломоновна! Вы меня не узнаёте? Я — Валя. Валя Угодникова. Мы с Давидом Львовичем были у вас два раза. На седьмое ноября и когда Соню хоронили… Ой! простите.
— Так Давид…
— Жив он, жив. Только… деменция у него.
Валентина Ивановна принесла из подсобки стул, протёрла ладонью пыль. — Садитесь. Вот приходится работать. Пенсии не хватает.
Вахтёрша подробно, с излишними деталями поведала Зое Соломоновне о ситуации в газете на сегодняшний день. Репортажи о политических событиях, спортивной и культурной жизни города, конечно, размещаются, есть такие рубрики, но основное направление это объявления и реклама.
— За счёт этого и живём. Да и кто сейчас газеты читает? Всё в интернете. Я, если честно, от этого слова чешусь. — Валентина Ивановна почесала подмышкой.
Поняв, что зря потратила время, Зоя Соломоновна поднялась с шаткого стула.
— Всего вам доброго, Валентина. Давиду Львовичу кланяйтесь.
— Подождите. А вы зачем приходили то?
Внимательно выслушав про начинающего музыкального критика, Валентина Ивановна думала недолго.
— Статьи про музыку надо пристроить? Так вы в филармонию сходите. У меня там племянница работает. Заведующая отделом по … всё время забываю… рекламе что ли. Запишите телефон, — скажете от тёти Вали.
В филармонию, к заведующей рекламно-информационным отделом Зоя Соломоновна пошла уже на следующий день.
***
Жанна писала обзорные статьи после каждого нового концерта. Зарплата пока не покрывала стоимость билетов в филармонию.
— Ты учишься новому делу, приобретаешь опыт. Считай, что это стипендия. — Соседка сама не была уверена, что стипендия когда-нибудь превратится в нормальный заработок. Приложив усилия к продвижению статей своей ученицы, Зоя Соломоновна ожидала большей отдачи. То, что за обозревательскую деятельность так мало платят, для пожилой женщины было неожиданно.
Диплом, статьи, “посидеть с Ванечкой” — Жанна почти не спала. Творческая писательская деятельность, одарив новыми эмоциями и впечатлениями, ненавязчиво предложила принять дополнительные обязательства, ограничивая свободу девушки. Статьи должны выходить регулярно.
За неделю до защиты диплома Жанне позвонили из рекламно-информационного отдела филармонии. Заведующая отделом, смущаясь и извиняясь пересказала автору статей разговор с директором. Совещание было резким по форме и разгромным по содержанию. Досталось всем отделам. Рекламно-информационному повезло больше всех — основной удар пришёлся по аналитическим статьям и по критике автора.
— Где документы об образовании? Кто, вообще, её на работу принимал? Не важно, как она пишет! Документы где этого музыковеда? — Руководитель филармонии на кармическом уровне ненавидела дилетантов. — И чтоб никаких самозванцев больше!
Сбросив автора в качестве жертвы, заведующая рекламно-информационным отделом выдохнула: “Легко отделалась”.
***
В день, когда Жанна защищала диплом, Даша и Петя развелись.
— Ну вот и всё, Жануль. Теперь нам с тобой надо искать мне нового мужа. — Даша не спросила, как подруга защитилась. Подумаешь — диплом. Развод — вот настоящее начало новой жизни!
— Всё, никаких лейтенантов больше. Жди, когда эти голодранцы генералами станут. Вот депутат или бизнесмен — другое дело. Лучше, конечно, чтобы депутат и бизнесмен в одном лице. — Даша яростно улыбалась. Безудержная энергия, усиленная позитивным настроем, рвалась в бой, выбрасывая пар из ноздрей.
— Я уже всё продумала (Когда успела?). Всё сделаю сама. На тебе Ванечка.
***
На работу в проектную организацию Жанна устроилась сама. Небольшая частная фирма не гнушалась выпускниками, даже наоборот, — молодость приветствовалась. В программе работать умеешь, а всему остальному научим.
Новый коллектив, новые впечатления, новые критерии оценки способностей человека — все эти яркие эмоциональные штрихи приподняли настроение, вселив надежду.
После работы Жанна торопилась к Ванечке. Так, как радовался ей этот ребёнок, не радовался никто. Мальчик не умел ни демонстрировать, ни скрывать чувства — восторг при виде крёстной был такой искренний, что Жанна едва сдерживала слёзы.
Все выходные девушка проводила с Ваней. Приезжая в субботу утром, домой Жанна возвращалась в воскресенье вечером.
— О своих детях надо думать, а она всё с Дашкиным носится. Так никогда замуж не выйдет. — Злость на дочь Лидия вываливала на мужа.
— А эта вертихвостка и рада — нашла дурочку. Ну чего ты молчишь?! Что там тебе в газете интереснее, чем судьба дочери? Газета не дрогнула, — отношения между супругами вошли в новую стадию.
***
Даша активно и, похоже, успешно строила личную жизнь. Первые шаги ребёнок сделал в мамино отсутствие.
— Жануль, а когда у тебя отпуск? Мы с Виталием собираемся путешествовать. Там такая программа интересная! Представляешь…
— Я не знаю, Даш, когда у меня отпуск. Не спрашивала.
— Так спроси. Надо планировать свою жизнь. — У Даши пиликнул телефон. — О! Я побежала. Не скучайте тут без меня.
Излучая энтузиазм и благоухая парфюмом, мать упорхнула, оставив сына и подругу планировать свою жизнь.