Мистер Гарретт, очень тщательно скрывая улыбку, оправдывает наличие "максимов", говоря

что они были очень полезны, потому что их разбрызгивание мешало бурам целиться и таким образом спасало жизни.

Три пушки, восемь "Максимов" и пятьсот винтовок дали результат, который подчеркнул уже установленный факт, что британская система борьбы с бурами, находящимися в тылу, на открытой местности, не имеет смысла.

Если бы я командовал кампанией, я бы пошел только с винтовками, без громоздких "Максимов" и пушек, которыми можно испортить хорошие скалы. Я бы скрытно передвигался по ночам к точке в четверти мили от лагеря буров, и там бы построил пирамиду из билтонга и библий высотой в пятьдесят футов, а затем спрятал бы своих людей. Утром буры пошлют шпионов, а затем остальные придут с наскока. Я бы окружил их, и им пришлось бы сражаться с моими людьми на равных, в открытую. Никаких результатов амаджуба не даст".

[Как раз сейчас, когда я заканчиваю эту книгу, между доктором Джеймсоном и его офицерами, с одной стороны, и полковником Родсом, с другой, возник неприятный спор по поводу формулировки записки, которую полковник Родс отправил из Йоханнесбурга на велосипеде Джеймсону незадолго до начала военных действий в памятный день Нового года. Некоторые фрагменты этой записки были найдены на поле боя после сражения, и их удалось собрать воедино; спор идет о том, какие слова содержали недостающие фрагменты. Джеймсон утверждает, что записка обещала ему подкрепление в 300 человек из Йоханнесбурга.